Временные неудобства в искусстве

10 февраля в рубрике «Почта МК» «Молодой коммунар» опубликовал письмо туляка Игоря Филатова, в котором автор рассказывает о недавнем посещении Тульского музея изобразительных искусств и обращается к его руководству с рядом вопросов. За ответами на них мы обратились к первому заместителю генерального директора Тульского музейного объединения Марине КУЗИНОЙ. 

— Автор письма рассказал о том, что в день посещения не смог попасть в некоторые залы музея, так как они были закрыты. Действительно, в связи со строительством фондохранилища возникла необходимость ограничить доступ в некоторые помещения.

Немного подробнее. В коллекции ТМИИ хранится более 25 тысяч экспонатов, при этом она продолжает пополняться. Музей остро нуждается в новом современном фондохранилище, оснащенном современным оборудованием, которое обеспечивает содержание предметов в оптимальных для них условиях, то есть поддерживает необходимую температуру воздуха и режим влажности. Кроме того, его появление позволит увеличить количество экспозиционных площадей.

Возведение пристройки, в которой будет размещено хранилище, должно завершиться к концу этого года. Параллельно ведется капитальный ремонт подвальных помещений здания, в которых всё это время частично хранились наши фонды. Именно поэтому нам пришлось эти помещения освободить, а предметы упаковать и перенести в залы первого этажа, где представлено искусство 1920–1930-х годов и более позднего периода XX века. Это мера вынужденная и, конечно, временная, однако мы пытаемся компенсировать посетителям эти неудобства.

В настоящее время в экспозиционном зале на первом этаже работает выставка «Стравинские и Стеллецкий», а 21 февраля здесь же откроется выставка из Краснодарского краевого художественного музея им. Ф.А. Коваленко. Наши коллеги впервые привезут в Тулу 24 картины русских авангардистов — Фалька, Рождественского, Поповой, Розановой, Экстер, Моргунова и других известных мастеров.

Что же касается зала, где экспонируется голландское искусство, то это помещение готовится к косметическому ремонту, и мы его, также временно, сейчас открываем только для экскурсионных групп — в целях безопасности.

Далее — о работах, которые автор не увидел в основной экспозиции. Прежде всего хочу отметить, что в постоянной экспозиции, как и в любом музее, демонстрируется не более 10–15 процентов предметов из его коллекции, но при этом — всё самое лучшее. У нас уникальная коллекция, поэтому наши картины часто приглашают участвовать в выставках в других городах. Прекрасное полотно Боголюбова, отсутствие которого заметил автор письма, в настоящее время на реставрации, а затем отправится на выставку в Третьяковскую галерею (на этой выставке будут представлены три работы Боголюбова из наших фондов), полотно Крамского — на обменной выставке в Калуге, картина братьев Чернецовых — в Санкт-Петербурге, а Суриков временно убран из экспозиции для реставрации. Мы отвечаем за состояние хранящихся в музее работ, каждый день наши реставраторы обходят экспозицию и при обнаружении тревожных симптомов — опасного кракелюра, например, — принимается решение об изъятии работы из основной экспозиции и отправке на восстановление — обычно в Центр реставрации имени Грабаря, с которым мы постоянно сотрудничаем.

Также в письме упоминаются две работы представителей барбизонской школы, французских художников Тройона и Дюпре. Они регулярно участвуют в тематических выставочных проектах и в последнее время постоянно путешествуют: побывали на обменных выставках в Керчи, Калуге, сейчас отправились в Краснодар.

Хочу подчеркнуть: что и где именно должно быть размещено, коллегиально решает научно-методический совет музея. Какой работой заменить полотно, отправленное на выставку или реставрацию, — тоже. Это вопрос не всегда простой, он довольно тонкий и деликатный. Да, наша экспозиция построена по хронологическому принципу, но он работает не механически, и это не единственный критерий, которым руководствуются наши специалисты. Стилистика, колорит, формат, перекличка сюжетов — здесь важно всё. Например, портрет девочки Ивана Макарова в зале передвижников — он будто «отвечает» полотну Маковского, на котором также изображены девичьи лица.

И еще. Не очень понятно, почему автор письма говорит о том, что картина голландского художника Берхема размещена в зале немецкой и итальянской живописи. Это не соответствует действительности. Она висит отдельно, на входе в зал...

При этом мы готовы согласиться, что не всегда успеваем оперативно информировать посетителей о событиях, происходящих в музее. В настоящее время объявление о том, какие залы и в связи с чем закрыты для доступа, уже висит на входе. Современные, выполненные по всем музейным правилам таблички о том, что та или иная работа на реставрации или выставке, заказаны, скоро будут готовы и размещены.

Мы благодарны за внимание к музею и всегда открыты для ваших замечаний и пожеланий.