Воскресение Никольского-Вяземского

В 1983 году Тульский машиностроительный завод принял на баланс земли села Никольское-Вяземское — там планировали организовать подсобное хозяйство. Кто бы мог помыслить тогда, что обычная для того времени практика даст начало удивительной истории — истории восстановления одного из важнейших памятников мировой культуры. 5 сентября исполнится уже 35 лет, как дворянское гнездо рода Толстых, словно сказочный феникс, в буквальном смысле возродилось из пепла…

Дом на холме

К деревянному срубу на высоком фундаменте с двумя террасами и мезонином в Никольском-Вяземском нужно подниматься по аллее старого парка. Залитый светом холм, на котором стоит хозяйский дом, смешение зелени и тени. Всё здесь, такое знакомое по сотням описаний в русской классике, будто застыло во времени. Иллюзия настолько убедительна, что кажется, покажись вдруг в дверях сам Лев Николаевич — не удивишься.

История этого живописного места достаточно любопытна. Есть легенда, что село получило название Никольское после того, как в реке рядом с ним была найдена икона Николая Чудотворца. А вот происхождение второй части названия — Вяземское — уже прозаичнее, оно происходит от фамилии живших здесь князей Вяземских.

Никольское-Вяземское всегда было очень красивым местом — это отмечали все, кто бывал там. Его очарование не оставило равнодушной и Софью Андреевну Толстую, впервые приехавшую туда глубокой осенью.

«В Никольском был в то время маленький деревянный домик, в 4–5 комнат, в которых всю почти жизнь жил старший и любимый брат Льва Николаевича — Николай, которому и принадлежало Никольское. В то время как мы были там, жил еще и управлял имением старого типа, почтенный и уже пожилой приказчик — Пётр Евстратыч. Он очень торжественно и учтиво приветствовал нас. Для услуги нам пришел бывший слуга Николая Николаевича Алексей Ляхин, более охотник по призванью и типу, чем лакей. Из окон никольского домика был прелестный и очень далекий вид на реку, лес, поля и деревни. Мне очень понравилось Никольское, я совсем развеселилась. Мне так радостно было быть вдвоем с Львом Николаевичем, почувствовать, что он весь мой и только мой»,— пишет она в воспоминаниях.

Между прочим, однажды — ещё до рождения Льва Николаевича — семья чуть не лишилась родового гнезда. В 1820 году его забрал за долги Опекунский совет, но уже в 1824-м отец писателя выкупил дом. Привел имение в порядок и даже построил храм Успения Божией Матери во исполнение данного на войне 1812 года обета. Позже Никольское-Вяземское и деревня Плотицино отошли старшему брату Толстого Николаю Николаевичу.

Как рассказывают в музее-усадьбе «Ясная Поляна», после смерти старшего брата Лев Николаевич часто бывал в чернском имении — в частности, работал здесь над повестью «Казаки» и некоторыми главами романа «Война и мир». Кстати, многие исследователи творчества Толстого считают, что имение Ростовых Отрадное «списано» с Никольского-Вяземского — здесь сохранился даже тот самый дуб Андрея Болконского, который сегодня неизменно стараются увидеть все гости музейного филиала.

Писатель, вступивший во владение имением после кончины брата, разводил здесь крупный рогатый скот, крымских и русских курдючных овец, пчёл. Он даже пробовал делать кумыс из молока кобылиц, считая его хорошим средством для профилактики туберкулёза. От этой болезни умерли два брата Льва Николаевича, и он всегда её боялся. А ещё — занимался посадкой яблочных саженцев и березовой рощи, часто приезжал на охоту, отдал под школу одну из усадебных построек и взял на себя её содержание.

«Отец увлекался, так сказать, поэзией сельского хозяйства: он любил породистый скот, любовался обильными урожаями, посадками деревьев и яблонь, изучал жизнь пчёл, интересовался работой и жизнью крестьян и рабочих, вообще смотрел на хозяйство как своего рода творчество»,— писал старший сын Толстого Сергей. Надо сказать, что для него это имение вообще было любимым.

«С детства Никольское производило на меня сильное впечатление: густые лиственные леса, глубокие овраги, холмистые поля, вековые тополя и величественная сосна в яблоневом саду; речка Чернь, убегающая вдаль и сверкающая между деревьями, постоянно шумящая водяная мельница, широкие виды на речку, лесные склоны, поля, дальние сёла и церкви, большие камни на самом высоком месте имения — всё это мне было ново и казалось необыкновенно красиво, да и на самом деле было красиво»,— вспоминал он.

Старший сын Льва Николаевича получил Никольское-Вяземское после отказа отца от собственности. Он перенёс из находившегося поблизости Александровского хутора в усадьбу деревенский дом на высоком фундаменте, ставшем основой барского дома.

Последний раз в Никольское-Вяземское Толстой приехал за четыре месяца до своей смерти, в 1910 году, на день рождения Сергея Львовича. Тогда он долго гулял по Лядовскому (с ним связана одна из сцен в «Анне Карениной») и Каменному лесам, встречался с художником Николаем Орловым, постоянно жившим в небольшом деревянном срубе на берегу реки…

Возможно, что С. Л. Толстой так и провел бы всю жизнь в дорогих сердцу местах, но в 1917-м привычный мир рухнул.

— Если Ясная Поляна — родовое имение Волконских — семьи матери Льва Николаевича, то Никольским владели предки писателя по отцовской линии,— рассказала директор музея-усадьбы «Ясная Поляна» Екатерина Толстая.— К сожалению, в 1918 году Никольское-Вяземское разделило судьбу многих сожженных и разрушенных после революции помещичьих усадеб. Погиб родовой дом семьи Толстых… И только в начале 1980-х годов Никольское вновь начало набирать былую силу. Произошло это стараниями Вадима Сергеевича Усова, директора Тульского машиностроительного завода. В 1983 году завод взял Никольское-Вяземское в подсобное хозяйство. Вадим Сергеевич вдохновил заводчан на то, чтобы подарить вторую жизнь родовому имению Толстых. Дом писателя в Никольском-Вяземском был восстановлен по старинным фотографиям и чертежам. А в 2000 году предприятие передало усадьбу нашему музею. Мы безгранично благодарны Вадиму Сергеевичу Усову и Тульскому машиностроительному заводу, что звезда Никольского-Вяземского вновь засияла на карте Тульского края. Спасибо Евгению Анатольевичу Дронову и коллективу завода за то, что и сейчас они оказывают неоценимую помощь нашему музею.

Как завод имение спас

Что же увидели заводчане в историческом месте? Ровно то же, что и легендарный главный хранитель «Ясной Поляны» Николай Павлович Пузин, впервые посетивший родовое имение Толстых вместе с внуком писателя Сергеем Сергеевичем в конце 1940-х — начале 1950-х годов: «Полная мерзость запустения. Всё запущено, разбито, изничтожено. На месте дома Толстых рос огромный, в человеческий рост бурьян. Сады вытаптывались, ломались. После войны еще сохранилось несколько пирамидальных тополей: их вырубили, кажется, для строительства скотного двора. Всё было ужасно».

Герой труда РФ, генеральный директор АО «АК «Туламашзавод» Евгений Дронов вспоминает, что до поездки в Никольское никто и не подозревал о том, насколько тесно связано оно с Толстыми. А когда узнали — были просто потрясены, и возглавлявший тогда предприятие В. С. Усов предложил возродить родовое имение классика мировой литературы. Собственно, ничего другого от Вадима Сергеевича и не ждали. Он всегда выступал за необходимость сохранения богатейшего культурно-исторического наследия родного края, считая это одной из важнейших задач. Главное — сберечь истоки, которыми питались Ломоносов, Пушкин, Тургенев, Репин, Чайковский и другие великие деятели российской науки и культуры, чтобы к ним могли прильнуть те, кто идет следом, чтобы не порвались эти невидимые нити, которые делают нас теми, кто мы есть…

— У властей появилась идея — Усову и машзаводу отдать какое-нибудь отделение отстающего колхоза, чтобы он этим занимался. Был такой совхоз «Культура» — название хорошее… Вот туда и поехали. Тащили нас туда на тракторе часа, наверное, три. При ехали, зашли в коровник — развалюха, коровы на привязи висят голодные. Начали работать, убрали первый урожай,— рассказывал потом сам Вадим Сергеевич.— Машиностроители ездили туда каждую субботу, убрали несколько центнеров черной пшеницы. А потом был первый праздник, организованный на Бежином лугу,— «Тургеневское лето». Вечером у костра рассказывали о запустении поместья, о том, что хорошо бы всё это восстановить. Так и появилась идея. А потом началась работа. Первый праздник отмечали уже в Плотицино — день рождения Толстого, открыли мемориальную доску. Сотни заводчан при — ехали на театрализованный праздник, пришли люди из соседних деревень. Пузин, неохотно ехавший на праздник, ожидавший увидеть там очередное бумажное «громадье планов», эпопею в духе газетных призывов, выливающуюся в «галочно-палочную» акцию, был поражен и растроган. Растаял так, что дал машиностроителям чертежи по планировке того дома, который прежде стоял…

В тот год на открытии памятного знака Вадим Сергеевич пообещал, что завод и дальше будет восстанавливать всё, что связано с именем Льва Толстого.

И слово свое Усов сдержал. Это была поистине народная стройка. Сейчас на Туламашзаводе говорят, что воскресение усадьбы, а вместе с ней, по факту, и самого села было тяжелым. В этой работе участвовали почти все подразделения завода. Вадим Сергеевич и сам часто принимал участие в субботниках.

Родовой дом семьи Толстых был возведен на подлинном фундаменте. Воссоздать его облик фактически без чертежей и точных описаний удалось благодаря тщательному изучению дневников, писем Л. Н. Толстого, его родных, воспоминаний современников. Сотрудники заводской библиотеки проделали поистине титаническую работу по поиску дореволюционных фотографий дома, обнаружив снимки в Государственном музее Л. Н. Толстого в Москве…

Сруб нужного качества нашли в Брянске, туда поехали зимой специально с этой целью — привезли, обтесали, и строители начали собирать дом. Находили старые вещи: в Тольятти — пианино, в Уфе — шкаф. И это были не просто подходящие по времени экспонаты, а действительно артефакты, связанные с Львом Николаевичем, принадлежавшие кому-либо из его секретарей или домочадцев. Нашли даже самовар, который принадлежал Толстым.

Со временем стараниями заводских мастеров также были восстановлены любимый классиком теннисный корт и купальня на берегу Черни, расчищены основные аллеи парка, проведена реставрация усадебной церкви Успения Пресвятой Богородицы, трапезной, колокольни храма.

Дом-музей Л. Н. Толстого в Никольском-Вяземском открыли к 159-й годовщине со дня рождения писателя, в 2000 году его передали музею-усадьбе Л. Н. Толстого «Ясная Поляна» в качестве филиала…

В память о Вадиме Сергеевиче одна из улиц села названа его именем, там же установлен его бюст. В свое время Усову за управленческую мудрость была присвоена довольно редкая награда — нагрудный знак «Хрустальный рыцарь». Пожалуй, она наиболее точно характеризует этого человека.

Созидатели

— С легкой руки Вадима Сергеевича Туламашзавод с «Ясной Поляной» связала крепкая дружба, длящаяся по сей день,— говорит Евгений Анатольевич Дронов.— Мы не только восстановили дом — построили школу, баню и много чего ещё, провели газ, высоковольтную линию…

Действительно, даже по современным меркам строительство было грандиозным, в нём участвовали все подразделения завода. Контроль за ходом и качеством работ — строжайший.

Параллельно с восстановлением усадьбы началось возведение новых жилых домов. Отстроили школу — достойную наследницу толстовской — с компьютерными классами, кабинетами для практических занятий физикой и химией, просторными спортзалом и изостудией, мастерскими по дереву и металлу, даже гаражом.

Потом дошла очередь до Дома культуры. К этой задаче тоже подошли с присущей машзаводовцам основательностью. Новый ДК мог похвастать залом на 140 мест, собственной библиотекой с читальным залом. Для занятий музыкой поставили пианино, купили скрипки, хоровые принадлежности.

Вскоре Никольское-Вяземское приросло тремя новыми улицами — Л. Н. Толстого, И. С. Тургенева и А. А. Фета, к домам подвели газ, отремонтировали старую и построили новые дороги. Появились торговый центр, столовая, кафе, пекарня, хозяйственный магазин, телефонная станция, лыжная база у школы, теннисный корт, подъемник для горнолыжной трассы. Завод организовывал соревнования детей, летний лагерь, праздники — день рождения Толстого, толстовские чтения, выставки.

Забытое было село поразительно преобразилось, заиграло новыми красками.

Сегодня дом-музей с радостью принимает гостей. Здесь проходят интересные мероприятия, межрегиональные конкурсы. Например, в конце августа состоялся большой историко-литературный фестиваль «Война и мир» с военно-исторической реконструкцией боя за поселок Бешенковичи в Отечественную войну 1812 года, в котором принимал участие представитель рода Толстых — граф Александр Иванович Остерман-Толстой.

У музея, как и у села, много планов. И часть из них напрямую связана с Туламашзаводом — предприятие вообще всегда готово прийти на помощь и поддержать любые интересные начинания. Не случайно Евгений Анатольевич Дронов подчеркивает: нельзя огульно отмахиваться от всего, что не связано напрямую с производством, это тупиковый путь. Предприятие успешно развивается лишь в том случае, если постоянно меняет к лучшему мир вокруг, созидает, ищет нестандартные пути. По его мнению, у этих мест — огромный и во многом недооцененный социально-культурный ресурс. Удивительная история и прекрасная чернская природа способны привлечь сюда тысячи людей, если создать достойную оправу этой жемчужине.

— Здесь есть и история, и литература, и архитектура, и великолепная природа. Единственное, чего нет,— нормальной инфраструктуры, которая обеспечивала бы туристов комфортным местом проживания или даже короткого отдыха,— считает Е. А. Дронов.

Впрочем, похоже, что скоро и этот вопрос будет решен. Не случайно же один из лозунгов предприятия гласит: «Завод может всё». Сейчас в проекте — организация большой зоны отдыха с возможностью посещения пасеки, конной базы, охотничьего и рыбоводческого хозяйств, современной гостиницы со всеми удобствами. В перспективе Никольское-Вяземское станет местом, которое объединит как поклонников творчества нашего великого земляка, так и ценителей классической красоты русской природы, любителей активного отдыха.

В определенном смысле такой проект — тоже продолжение традиций, заложенных Толстым. Традиций созидания, познания, преумножения и, конечно, помощи делом. Не случайно на въезде в имение Льва Николаевича по инициативе Вадима Усова установлен знак — раскрытая книга, портрет писателя и его высказывание: «Я знаю, чем живет народ, о чем он думает, потому что я любовью и трудом всё это познал».