Василий Поленов. «Вот результат труда моей жизни»

Трудная задача передо мной — непосильная, но я не в состоянии от неё отказаться, слишком я охвачен величием этого человека и красотою повествования о нём…» Из письма В. Д. Поленова А. А. Горяиновой.

Работая над картинами, как он сам считал, главного труда своей жизни — евангельского цикла «Из жизни Христа», Василий Дмитриевич Поленов писал 22 марта 1897 года своей троюродной сестре Анне Александровне Горяиновой: «Я несказанно люблю евангельское повествование, люблю этот наивный правдивый рассказ, люблю эту чистую и высокую этику, люблю эту необычайную человечность, которой насквозь проникнуто всё учение, наконец, этот трагический, ужасный, но в то же время и грандиозный конец…

И что же? Из этого высочайшего учения любви создали узкое и жестокое притворное изуверство… Люди, называющие себя христианами, убивают, вешают, насилуют, лгут, развратничают, грабят и прикрываются самым нравственным, самым любвеобильным, самым чистым учением.

Недавно в Петропавловской крепости жандармы изнасиловали девушку и сожгли ее, чтобы скрыть следы, и когда возмущенная молодежь собралась отслужить панихиду, ее забрали и рассажали по тюрьмам… Рассказывают, что обер-прокурор подыскивает из Писания тексты, которыми санкционируются все эти деяния…»

Отлично понимая диалектику событий и судьбу учения Христа, руководствуясь идеей воспитания людей искусством, красотой и заключенной в ней гармонией, великий русский художник воплотил в произведениях евангельского цикла образ «партриархального золотого века» Галилеи, как отмечает доктор искусствоведения Элеонора Пастон. Люди здесь не суетны, полностью погружены в прекрасный и одухотворенный мир природы, благодаря чему достигают высоты и равновесия духа.

В рукописи «Что относится до жизни Христа» Поленов, только собираясь приступить к евангельскому циклу, указал восемьдесят шесть названий предполагаемых картин, а потом к пяти из них поставил пометку «не будет». В каталоге выставки, проходившей в феврале-марте 1909 года в Санкт-Петербурге, указаны пятьдесят восемь работ, а в каталоге московской экспозиции, представленной с апреля по июнь, их уже шестьдесят четыре. Ну и наконец в альбоме черно-белых фотографий, оформленном сыном художника Дмитрием,— семьдесят два произведения, рассказывающие о земном пути Спасителя. Названия им художник дал с отсылкой к конкретным строкам из Евангелия.

По замыслу Поленова, каждое из произведений — часть единого целого и не может восприниматься в отрыве от остальных. Органично вошли в цикл повторения меньшего размера ранее написанных четырех полотен — «Христос и грешница („Кто из вас без греха?“) «, „На Тивериадском (Генисаретском) озере“, „Среди учителей“ и „Мечты (На горе)“. К сожалению, к концу жизни мастера неделимость серии была нарушена. В последний раз полностью она присутствовала осенью 1914 года в Москве на «Выставке картин академика В. Д. Поленова „Из жизни Христа“, организованной „на помощь раненым воинам“. Позже некоторые картины Василий Дмитриевич подарил друзьям и музеям, что-то продал коллекционерам. Так, значительная часть цикла, главным образом из собрания владельца рамочной мастерской А. А. Грабье, оказалась после Октябрьской социалистической революции 1917 года в Чехословакии. В 1924-м самые масштабные произведения цикла экспонировались на выставке русского искусства в США — десять было продано. А то, что осталось, было распределено через Государственный музейный фонд по республиканским и региональным музеям Советского Союза.

* * *

Итак, Поленов поставил перед собой цель — создать «действительный» образ Спасителя. Как пишет в «Воспоминаниях о народном художнике В. Д. Поленове» Леонид Кандауров (близкий друг мастера, который сопровождал его в последнем путешествии по Востоку, предпринятом весной 1899 года для сбора натурного материала для картин из жизни Христа), Сын Божий был для него «реальной личностью… Василий Дмитриевич не видел, не чувствовал в евангельском рассказе ничего мистического. Все события, чудеса старался толковать совершенно просто и реально. Не от неумения, а от понимания событий жизни Христа без всякой мистики и сложился тип Иисуса совершенно человекоподобный».

«Его Христос,— отмечает в „Воспоминаниях о передвижниках“ художник и уполномоченный Товарищества передвижных художественных выставок Яков Минченков,— поэт, мечтатель, задумавший устроить царство Божие, царство человеческого духа и справедливости на земле. Этот живой для него образ живет с людьми людской жизнью: радуется, скорбит, негодует, падает духом и в конце с решимостью восходит на Голгофу, ни на пядь не отступив от своих убеждений. Всё божественное и церковное он снял с Христа… Поленов любовался своим Христом и всей обстановкой, где жил его мечтатель…»

Совершенно особую роль в картинах цикла играет пейзаж, через возвышенную и умиротворенную красоту которого художник осмысливает события евангельской истории. В таких произведениях, как «Мечты», «Пошла в нагорную страну», «Возвратился в Галилею в силе духа», «Утром вставши рано», «Решил идти в Иерусалим», «Крестились от него» и многих других, пейзаж (изображает он лазурное, залитое солнцем небо, синеву гор и рек, зелень деревьев либо подернутый синевато-розоватыми отблесками предвечерний свет) — не просто фон. Он воплощает философское и эстетическое понимание Поленовым гармонии природы, а через нее — гармонии человеческих отношений.

Местами же, как отмечалось в одной из рецензий в «Московских ведомостях» за 1914 год, в этой природе, которую «Царь небесный исходил благословляя», чувствуется сам Иисус. «Цель, им (Поленовым) намеченная,— писал критик,— …показать Христа в природе, привлечь природу к соучастию в его великой жизни… Интересна и значительна эта попытка пантеистического… подхода к евангельской теме».

Сам Василий Дмитриевич считал, что его «попытка» полностью удалась. Перед открытием выставки в Санкт-Петербурге в письме жене он сообщал: «…Я в самом бодром и радостном настроении, несмотря на легкий грипп. Я никогда не думал, что доживу до такой минуты». А уже на вернисаже художник заявил: «Я поставил своей целью написать всю жизнь Христа в картинах, я всегда мечтал об этом, и вот результат труда моей жизни».

Многие деятели русской культуры откликнулись на прошедшие в 1909 году в обеих столицах, а потом в Орле, Харькове, Киеве, Екатеринославе и Казани, а в 1910-м — в Твери и Праге выставки.

Мощную просветительскую роль произведений Поленова отметил Лев Толстой. Он писал художнику, благодаря его за присланный альбом репродукций (побывать на выставке Лев Николаевич не смог из-за болезни): «Кроме всех других значений Ваша выставка имеет, по моему мнению, еще значение педагогическое. Нельзя в лучшей форме передать детям историю Христа, как по Вашим картинам».

Преподавателю Поленова в Императорской академии художеств Павлу Чистякову «особенно понравилась картина „Моление о чаше“, видно, как умоляет. А другая картина „Сидит на скале“ — и благородства много, и чувствуешь, что это было давным-давно, но так и было. И театра нет, как бывает, когда делают в плащах. Оно, должно быть, так и было — без плащей…»

Очень верно подметил и один из столпов передвижничества, мастер жанровой живописи Владимир Маковский: «Тут чистота Христа связана с красотой природы».

Но особенно порадовали Василия Дмитриевича отзывы младшего поколения художников. Всегда немногословный и такой строгий в своих суждениях Валентин Серов, побывав на выставке, сказал: «По чувству мне очень понравилось, меня даже как будто захватило».

А от Леонида Пастернака Поленов получил восторженное письмо, в котором тот отметил: «Цель Ваша, и прекрасная цель, так успешно Вами достигнута, что ж еще больше».

Искренне жаль, что, в отличие от современников Василия Дмитриевича, мы сейчас не можем в полной мере оценить грандиозность замысла великого художника, воплощенного им в картинах евангельского цикла «Из жизни Христа».