В Тульском историко-архитектурном музее работает выставка «Сеть»

Тульскому Всехсвятскому кладбищу — 250 лет. ТИАМ (Тульский историко-архитектурный музей, в прошлом — «Тульский некрополь») подготовил к этой дате выставку. Но получилась она не только про историю...

Вот как начальник отдела по связям с общественностью ТИАМа Никита Бурлаков рассказывает про выставку «Сеть»:

— Мы уже давно поняли, что Всехсвятское кладбище — это не просто мемориальное кладбище, оно также становится заповедной зоной, где растут краснокнижные растения, живут насекомые, птицы. Здесь сформировалась своя экосистема, которая не характерна для города. Это связано с тем, что в начале XX века кладбище было огорожено стеной и эта стена стала естественным барьером между городской агрессивной средой и 34 гектарами кладбища.

Готовя выставку к 350-летию кладбища, мы решили посмотреть на него как на развивающуюся территорию. Хотя кладбище — это всегда про смерть и про финиш, но по факту эта территория живет и развивается. Мы хотели показать тулякам, с одной стороны, как оно меняется, а с другой, — какое оно многослойное. Показать, что к нему можно подходить не только с обывательской позиции человека, у которого там похоронены родственники, и не только с позиции историка, но и с позиции, например, ботаника или энтомолога.

Следуя логике выставки, в разных залах ТИАМа (если быть точным — Дома Крафта) расположились разные информационные слои Всехсвятского.

Самый большой зал посвящен камню. Вот окаменевшие раковины древних моллюсков, вот известняк, который из раковин получился, а вот — надгробия, которые из этого известняка сделали. А надгробия, в свою очередь, украшены растительный узором, который характерен именно для Тулы. Есть гипотеза, что резчики, работающие на заводах, иногда принимали заказы на работу с камнем и переносили растительные узоры с оружейных прикладов на надгробия. Одно событие цепляется за другое как петли в вязании.

Стены этого зала занимает магнитная доска, на которой мелом написаны имена тех, кто похоронен на Всехсвятском кладбище, но где конкретно, сотрудники музея не нашли. В списке фамилий даже Фердинанд Белявский — хозяин аптеки, в здании которой распложен сейчас ТИАМ. Гости выставки и сами могут подписать фамилии своих усопших родственников. И даже если посетители будут стирать одни фамилии и писать поверх них другие, это будет отражением фактического способа захоронения. Кладбище — многослойное во всех смыслах.

В другом зале графические изображения жуков и стрекоз смотрят на противоположный угол, где на стене написаны две цитаты. Одна из Библии, другая из кэрролловской «Алисы». И обе — о насекомых.

А посередине соседней комнаты поставили на попа спил ясеня. Табличка гласит, что ему от 70 до 90 лет, но можно, конечно, проверить, посчитав годичные кольца. Скорее всего, дерево упало, что нередко случается на Всехсвятском, и этот спил, похожий чем-то на солярный знак, пошел не в печку, а в музей.

Стоит отметить, что флорой и фауной Всехсвятского кладбища всерьез занимаются специалисты. Например, ученые Тульского государственного педагогического университета имени Л.Н.Толстого сделали такие выводы: «Мы наблюдаем здесь стихийное увеличение редких и охраняемых видов природной флоры Тульской и сопредельных областей. Эти виды, будучи посаженными, попали в благоприятные для себя условия. Тюльпан Биберштейна, Лунник оживающий — яркие примеры этого явления». Заглянув на Всехсвятское, помните, что где-то тут растет лунник!

А специалисты Тульского зооэкзотариума вообще считают, что кладбище можно рассматривать как рефугиум — некое «убежище» посреди агрессивной городской среды, откуда мелкие животные расселяются по Тургеневской, Пушкинской, проспекту...

Рядом с ясенем на стене висит еще одно дерево — генеалогическое. Это семейное древо отца Ростислава Лозинского — священника и краеведа, который вдохновил туляков на сохранение старинного кладбища. Его личности также посвящен один из залов: здесь можно увидеть фотографии о. Ростислава в домашней обстановке, с детьми, животными, друзьями. Семья плотно сплетена с нашими общественными деяниями и достижениями — возможно, именно таким был посыл создателей выставки.

Еще один зал расскажет о шрифтах на надгробиях кладбища. А начинается выставка с темной комнаты, где посетитель стоит на единственном освещенном островке. Точка старта, спустя секунду после которой рождаются и каменеют моллюски, превращаясь в камень, вырастают деревья, а потом падают, появляются буквы, орнамент, вырезанный искусной рукой и такая человеческая потребность сохранить память — надгробием или вот как тут — выставкой.

Придя в этот раз в ТИАМ, вы не встретите редчайших, впервые выставленных и т.п. экспонатов. Но зато если пройдетесь внимательно и без суеты, почитаете таблички и посчитаете кольца на дереве, то почувствуете, как сеть Всехсвятского кладбища вплетается в общегородскую, а значит, и в сеть ваших повседневных дел.

Татьяна МОТОРИНА

Фото автора