Проблем больше нет?

«Но панталоны, фрак, жилет, всех этих слов на русском нет»,— утверждал Александр Сергеевич Пушкин в «энциклопедии русской жизни» — романе «Евгений Онегин». И был в общем-то прав. Правда, с тех пор слова эти не просто появились в массовом речевом обороте, некоторые из них успели даже устареть… 

Правительство решило защитить русский язык и внесло в Госдуму соответствующий законопроект. Его авторы предлагают ЗАПРЕТИТЬ к употреблению иностранные слова, имеющие аналоги в русском языке. То есть прощайте, калоши, и привет, мокроступы?! Впрочем, сегодняшний уровень жизни позволяет пока обойтись и без того, и без другого. Но как изменится наша жизнь — от кухни, где на смену сотейникам и миксерам придут чугуны и весёлки, до военно-морского флота, который будет пополняться ладьями, стругами да расшивами.

А как быть с профессионализмами? Велеть хирургу заменить скальпель на нож? Юристам вообще впору замолкнуть навеки. А вместе с ними химикам, физикам, музыкантам, полиграфистам, строителям с их дрелями и шпателями…

Но молчать они будут не долго. Правительство на основе предложений комиссии по русскому языку должно определить порядок формирования и утверждения списка словарей, справочников и грамматик, а также требования к составлению словарей.

Что за комиссия, создатель? Думается, при её формировании надо бы учитывать степень вовлечённости и заинтересованности претендентов. Есть, например, политик со стажем, лидер очень патриотической партии, легко и публично путающий стрит-арт с артритом. И даже в Туле найдутся чиновники, предпочитающие «реализовывать объекты», не имея в виду продажу мунициальной недвижимости нужным людям по вкусным ценам, а всего лишь говорящие о завершении строительства или ремонта. Эти наформируют. Ох, наформируют!

Если открыть наугад пока актуальный словарь иностранных слов, то вы обнаружите не только «монету», образовавшуюся от характеристики древнеримской богини Юноны — moneta (предостерегающая), но и убедитесь, что слово «нормальный» тоже не имеет исконно-посконных славянских корней. Может быть, поэтому оно так не близко чиновным реформаторам языка на понятийном уровне? А любой третьекурсник филологического факультета на раз-два докажет, что привнесение иностранной терминологии не уничтожает, а обогащает язык. Не только русский — любой.