Непедагогические методы, или Тульская губерния на пути к всеобщей грамотности

Не вдаваясь в подробности и споры, возьмём любимый советской статистикой 1913 год, коим датированы данные Статистического ежегодника Центрального статкомитета МВД, давшего нам следующее,крайне важное для дальнейшего повествования знание: численность грамотного населения дореволюционной России в лучший её год — 27%. Иными словами, читать, писать и считать сто десять лет назад умел примерно каждый четвёртый подданный империи.

Монархия, равно как и царская Государственная дума, не спешили образовывать мужика, чего нельзя сказать о случившейся в 1917 году социальной революции. Та с таким положением дел мириться не хотела. И уже в 1920 году Совет народных комиссаров РСФСР принял декрет об учреждении Всероссийской чрезвычайной комиссии по ликвидации безграмотности. С того самого времени началось на Руси стремление к повальной грамотности, хотя путь предстоял долгий и тернистый.

Описание первых шагов принудительного просвещения осталось на страницах газет «Деревенская правда», № 13 (273), 15 (275) за февраль 1924 г. и в приложении «Известия Тульского Губисполкома» газеты «Коммунар» № 7 (1644) от 9 января 1924 г.

И началось…

Для кампании по ликвидации неграмотности в неграмотной стране, естественно, требовались учителя — редкий дефицит, в отсутствие оных просвещением соотечественников увлеклись… «просветители» или, того хуже, «наставники». Описан такой случай:

«В селе Лошачье Бабошинской вол[ости] Одоевск[ого] уезда (ныне деревня в муниципальном образовании Воскресенское Дубенского района.— С. Т. ) до сего времени не существует никакой культурно-просветительной организации.

Наконец, гражданин данного селения, он же муж учительницы, В. Прокудин решил приняться за просвещение своих односельчан. Создал на первых порах так называемую «инициативную группу» и задумал устроить в школе спектакль. Сказано — сделано. На 13 января назначили спектакль, развесили объявления. Вечером к назначенному времени собирается публика.

— Сегодня спектакля не будет,— заявили просветители,— приходите завтра.

Публика пошумела, покричала и разошлась.

На следующий день собрались снова, взяли билеты кто за 1000 руб., кто подешевле.

Ждут. Скоро начнется. И началось…»

Как оказалось, на первых порах «инициативная группа» смогла «инициировать» только покупку самогона в кредит. Последующий за тем перформанс разбирал отдел народного образования.

На импровизированной сцене «молодежь, руководимая Прокудиным, смешалась в общей свалке, била друг друга без разбора, без передышки, на всю школу несло самогоном, шум, крик, неразбериха.

— Вот так спектакль! — удивлялись зрители.

Окна в школе оказались все выбитыми, отремонтировать их не оказалось средств: все деньги, собранные со спектакля, были пропиты.

Теперь Прокудин на ремонт школы предлагает Сельсовету собрать по 3 копейки золотом. Умен оказался. Это можно подтвердить еще и тем, что Прокудин во время школьных занятий собственноручно производит порку детей. Жене учительнице помогает».

Или другой, к сожалению, очень характерный для сельской местности случай:

«В Орловской волости Богородицкого уезда в д. Черная Грязь (ныне деревня в муниципальном образовании Дедиловское Киреевского района.— С. Т. ) есть учитель Горелкин. Не первую зиму он учит, не первую и пьет самогон. Пьет один, пьет с милиционером, пьет с кем попало и как попало. Школьникам приходится ждать его целыми часами, когда он с пьяной рожей выйдет, а иногда и совсем не выйдет заниматься.

Мы слыхали, что из Богородицка, где он служил раньше, он тоже за пьянку вылетел.

Как думает Унаробраз (Управление народного образования.— С. Т. ), не будет ли вред от ученья школам с самогонкой?»

Магическое содействие

Заметки про злоупотребление самогоном, особенно в деревнях и селах, несмотря на ожесточенную борьбу с пьянством, со страниц советских газет не исчезали. Более того, чем больше заявлялось лозунгов о скорой победе над тайным винокурением, тем быстрее росли темпы потребления его продукции. Хотя, быть может, причина неудач крылась за пределами материалистического понимания:

«В дер. Курово Костомаровской вол[ости] (ныне деревня в муниципальном образовании Приупское Киреевского района.— С. Т. ) появилась гадалка, которая имеет с собой прислугу. Гадает на воде, представляет прошлое и настоящее. Кроме того, она дает заговоренной воды и говорит, такая вода предохранит самогонщиков от цепких рук милиционеров. Со всех окрестных деревень стекаются к ней крестьяне…»

Помогла ли гадалка самогонщикам, доподлинно не известно, но делу борьбы с безграмотностью она точно не способствовала.

Потому и неудивительно, что на селе просвещаться не спешили, ликбез повсеместно пробуксовывал:

«В Даниловской волости Крапивенского уезда (ныне часть Щёкинского района.— С. Т. ) больше половины неграмотных крестьян, а в ликвидационную школу их на аркане не затащишь.

— Чему нам учиться, все равно умрем.

Товарищам ликвидаторам надо приналечь на работу. «Ведь весна на дворе», а за зиму мы обязаны научить грамоте столько крестьян, сколько предписано Верховной властью Республики — 12-м Съездом Советов».

Поторопиться действительно стоило, иначе ликвидировалась уже не безграмотность, а имущество:

«В д. Щепотьево Симоновской в[олости] Алексинского уезда (ныне деревня в муниципальном образовании Демидовское Заокского района.— С. Т. ) имеется хорошо оборудованная школа. В настоящее время эта школа пустует — даже не живет в ней никто. Местное население начинает понемножку эту школу разбирать: сначала стекла вынимают, чтобы через отверстие проникнуть внутрь и поживиться чем-нибудь там».

Читальня будоражит

И всё же закончить статью хочется позитивно. Встречаются в газетах столетней давности и удачные примеры просвещения темных низов. Например, в селе Козлово Ново-Федосовской волости Епифанского уезда (в настоящее время не существует.— С. Т. ) корреспондент «Крестьянской правды» увидел: «чистые сени, раздевальня с пальтишками школьников, теплота, уют, украшенные стены классов — всё говорит о работах и постоянном присмотре за школой.

Уроки протекают здесь интересно, живо. С детьми ведется серьезная обще-просветительная работа. Дети издают свою газету. В газете обсуждаются вопросы всей школьной жизни, пишутся самими детьми антирелигиозные заметки, помещаются политические статьи и проч. Работа эта увлекает ребяток.

После урока, в перемену мы захватываем с собой руководителя школы тов. Кузнецова и идем с ним в комнату избы-читальни.

В читальне чучела птиц, образцы хлебов, почв (маленький музей), глобус, десятка 2–3 книг, газеты.

Из беседы с т. Кузнецовым узнаю, что читальня организована Козловским культпросветом. В культпросвете всего 30 членов, главным образом молодежь. Влияние культпросвета на жизнь сельского общества огромно. Члены культпросвета спасли от закрытия школу, организовали читальню.

Читальня в Козлове работает хорошо. Теперь она будоражит общество за переход к многополью (то же, что и севооборот — наиболее продуктивная система земледельческого сельского хозяйства, состоящая в целесообразном чередовании посевов.— С. Т. ).

Культпросветчики убеждены, что к весне переход состоится».

* * *

Всего же в Тульской губернии, согласно отчету губисполкома, на четвертый год ликбеза функционировала «сеть школьных учреждений, обнимающая до 50% детей школьного возраста», в том числе 1399 школ I ступени (начальные 4-летние школы.— С. Т. ), где обучались 108 827 детей и работали 7474 учителя, 26 школ II ступени (средние общеобразовательные школы, 5–9 классы.— С. Т. ) с 5052 воспитанниками, на которых приходился 221 учитель, и 25 единых школ (совместное обучение всех детей школьного возраста от 8 до 17 лет.— С. Т. ) с 13 137 учениками и 490 учителями.