На страже тульских тайн – гвардейцы Арсенала

Мы сидим в кабинете генерального директора ПАО «НПО «Стрела» В. В. Чапкина — настолько современном, что многие его элементы сродни космической станции. Вся жизнь предприятия в режиме оnline отражается в цифровых табло, десятках кадров больших экранов, беспрерывно меняющих направления световых векторах, демонстрирующих темпы выполнения производственных заданий…

Но не чудеса техники захватили наше внимание — оно безраздельно отдано рассказчику, уводящему нас всё дальше и дальше от нынешних дней, в глубь веков. Вячеслав Вячеславович, словно главный герой увлекательнейшего бестселлера, который, пожалуй, будет даже покруче «Кода да Винчи» Джона Брауна или «Имени Розы» Умберто Эко, устремляет нас к раскрытию тайн, хранимых гвардейцами Арсенала.

Теми самыми облаченными в старинные доспехи гвардейцами, что венчают столбы ворот прежде завода «Арсенал», а теперь НПО «Стрела» (входит в состав АО «Концерн ВКО «Алмаз — Антей», является членом Тульского регионального отделения Союза машиностроителей России). До недавнего времени их на предприятии (да, впрочем, и многие туляки) из-за сверкающего „серебра одеяния“ называли не иначе, как рыцарями.

То, что металлические фигуры не имеют отношения к истории рыцарских орденов, показали недавние работы по обновлению фигур, позволившие увидеть геральдические символы и знаки, приоткрывшие суть загадочных воинов и причины их появления в Туле.

Нашим читателям, уверены, будет интересно тоже погрузиться в историю, открывающую малоизвестные страницы города оружейников начала XIX столетия. Итак, в путь!

С кистью и песней

К работам по обновлению фигур на предприятии отнеслись серьёзнейшим образом. Задачи стояли далеко не по косметическому наведению лоска, а по серьёзному исследованию, если можно так сказать, технической и эстетической сути памятника Победы в Отечественной войне 1812 года в Туле. Напомним, что император Александр I повелел праздновать День Победы в вой — не с Наполеоном 7 января, то есть в Рождество Христово. Логично предположить, что после учреждения праздника в России и стали возводить посвященные великому событию памятники. Именно так считает правильным именовать гвардейцев Арсенала Вячеслав Чапкин, инициатор восстановления исторической справедливости в отношении фигур, которые прежде считали в городе шведским трофеем.

Группа специалистов под патронатом заместителя генерального директора П.А. Волкова разработала программу исследования и восстановительных мероприятий. Спектральный анализ помог определить, что полые фигуры изготовлены методом литья из белого неоднородной структуры чугуна, а также показал, что возраст материала превышает 200 лет. Возможно, отливали тульских гвардейцев в Каслине, знаменитом своими удивительными статуэтками из чугуна.

Легендарный завод был основан в XVIII веке выходцем из тульских посадских людей, купцом Яковом Родионовичем Коробковым. А позже — продан Никите Никитичу Демидову, наследнику известной оружейной и промышленной династии. На предприятии в совершенстве освоили литье круглой скульптуры, завоевав не одну награду на всемирных выставках. Для работы на Каслинский завод приглашали даже мастеров из Императорской Академии художеств.

Об этом журналистам рассказывают специалисты ремонтно-строительного отдела Михаил Фомин и Андрей Листов, а также маляры, «наряжавшие» гвардейцев — Наталья Митина и Наталья Курочкина.

— Точно так же, как отлитые из двух половинок доспехи, была изготовлена и другая воинская амуниция гвардейцев,— рассказывают Фомин и Листов.— Нашим стражам в мужестве и стойкости не откажешь. В них — несколько отверстий и вмятин от пуль, по всей видимости, свинцовых, используемых в XIX веке и самом начале XX. И преобразований, в зависимости от замыслов всякого рода «реставраторов» в различные времена, фигуры претерпели немало. Например, латы и другие элементы были покрыты несколькими слоями краски — от серебрянки до тёмно-коричневой. Для того чтобы в наши дни добраться до «тел», мы применили пескоструйную обработку, размывку краски и даже соскабливание её стамесками… Сейчас цвета гвардейцев таковы, как того требует их статус и историческая значимость…

— Конечно, гвардейцы геройские, но и мы старались во время работы быть им под стать,— говорят две Натальи.— Гордимся тем, что нам доверили такое ответственное и почетное дело — «нарядить» гвардейцев так, как они того заслуживают. Обычные малярные кисти, наносящие краску широкими мазками, поменяли на тонкий, изящный, нежный инструмент, как у профессиональных художников. Тут к нашим запросам и непосредственное руководство, и в дирекции предприятия отнеслись с полным пониманием. Как и к выбору красок, необыкновенно качественных, атмосферо — устойчивых и износостойких. К работе мы подошли, можно сказать, трепетно, с большой душой. И даже трудности казались мелочью по сравнению с желанием оправдать доверие.

— А в чем были основные сложности?

— Жара летом стояла, солнце палило, а мы на высоте, где тени не найдешь. И ещё осы донимали, а мы их боимся.

— Осы-то откуда взялись?

— Их гнезда были внутри полых фигур, осы через пулевые отверстия вылетали. Страшновато. Но мы старались на них внимания не обращать, важно было художественную задачу решить достойно, а чтобы о плохом не думалось — пели. Слаженно, душевно получалось — и работа ладилась…

Подсказка великого полководца

Никто не знает точно, откуда они взялись — эффектные, но совершенно нехарактерные для архитектуры города оружейников, имитирующие человеческие фигуры доспехи на воротах «Стрелы». Уже не одно десятилетие туляками из поколения в поколение передается название «рыцари», а вместе с ним — и красивая легенда о том, что были они подарены шведским правительством в знак благодарности за то, что шведы, плененные россиянами в битве под Полтавой, вернулись на родину…

Вероятно, эта не лишенная очарования версия так и осталась бы единственной, если б не принятое на предприятии решение обновить знаменитые фигуры. Специалисты поднялись на пилоны (колонны ворот), и при близком рассмотрении стало очевидно: доспехи, украшавшие еще тульский оружейный арсенал, с рыцарскими не имеют ровным счетом ничего общего… Тогда что же они такое?

Ответ на этот вопрос Вячеслав Чапкин неожиданно получил в Санкт-Петербурге, во время одной из экскурсий. На Суворовской площади установлен нетипичный памятник генералиссимусу Александру Васильевичу Суворову. Скульптура авторства Михаила Козловского представляет великого полководца в непривычном для его изображений образе — римского бога войны Марса. Вячеслав Вячеславович глянул на его доспех и внезапно осо — знал, почему тот кажется таким знакомым…

По возвращении в Тулу он лишь утвердился в своей догадке — не показалось. Шлем с гребнем, нагрудник и некоторые другие детали доспехов фигур «Стрелы» и основоположника русской военной теории совпадали. Обратившись к римской истории, удалось выяснить, что ворота предприятия украшают не рыцари, а преторианские гвардейцы.

Преторианцев считали опорой и оплотом государственной власти, именуя «создателями» императоров. Очень немногие военные части когда-либо оказывали на мировую историю такое сильное влияние. Их называют первыми телохранителями, охранявшими самых могущественных людей своего времени. Они были единственными, кому позволялось носить оружие в Риме.

Особый статус преторианцев подчеркивал и внешний вид гвардейцев. Собственно, именно благодаря этому стало ясно, кто именно и сегодня стоит на страже ворот «Стрелы». Тульские фигуры практически полностью копируют доспех военной элиты Римской империи. Это так называемая парадная защита — комплект из аттического шлема с подвижным налобником и пышным волосяным (перьевым) гребнем, «мускульная» кираса (металлический панцирь, имитирующий обнаженный мужской торс), а также заметные из-под лат элементы кожаного поддоспешника с птеригами (прямоугольными фестонами с фигурной бахромой на концах) на плечах и бедрах. Историки, кстати, утверждают, что гвардейцы пользовались не обычными для легионеров прямоугольными скутумами, а овальными щитами с вертикальным ребром, внешняя сторона которых часто была украшена молниями Юпитера…

В мировом искусстве образ преторианского гвардейца часто использовался как символ неизменной поддержки императорской власти и высшего уровня защиты. Учитывая значение для государства тульского оружейного арсенала, кажется логичным, что именно их поставили хранить «военную мощь» Российской империи. Версия эта кажется тем более логичной, если понимать, что же на самом деле представляют из себя известные каждому туляку фигуры на воротах.

Трофей 1812 года

Найти ответ на последний вопрос вновь помогла архитектура города на Неве. Великолепную арку авторства Василия Стасова на площади Московские ворота в Санкт-Петербурге украшают точно такие же гвардейцы, только более вычурные, в соответствии с требованиями ампирского стиля.

Как утверждают культурологи, традиция установки подобных фигур родом из Древней Греции и, опять же, Рима. Их называют трофеями или тропеумами (от греческого «поворот, обращение врагов в бегство»). Когда-то давно «монументы» из оружия, доспехов и атрибутов устанавливали на поле боя в честь победы над противником. Впрочем, уже римляне «переместили» трофеи на площади Вечного города, и от них традиция именно так отмечать героические страницы распространилась по всему миру.

В дальнейшем военную арматуру использовали для украшения ворот (как раз этот приём применяется в нашем случае), зданий, мостов, оград, пьедесталов и триумфальных арок. Тогда же появилось и правило симметричности — то есть таких фигур должно быть минимум две.

Этот любопытный факт может пролить свет на время появления гвардейцев в Туле. Дело в том, что в русской архитектуре тропеумы стали особенно популярны в начале XIX века, в связи с патриотическим подъемом и гордостью от победы в войне 1812 года.

— Мне всегда было интересно: почему в Туле, в отличие от других городов, нет ни одного памятника, посвященного победе в войне 1812 года? — говорит Вячеслав Чапкин.— Между тем вклад туляков в победу очень велик: в частности, было сформировано народное ополчение (15 тысяч ратников) в составе четырех пеших, двух конных и одного егерского полков, а также конно-артиллерийской роты, на его содержание пожертвовали порядка 700 тысяч рублей. Оружейники на заводе и в своих мастерских изготовили за время войны беспрецедентное по тем временами количество ружей — 600 тысяч. Странно, что у нас нет какого-то мемориала, связанного с теми событиями. И однажды я задумался: а что если этот самый «мемориал» я вижу регулярно, просто мы никогда не рассматривали наших гвардейцев в таком ключе…

Действительно, логика в таком предположении есть. Пищали, дула которых стилизованы под утиные головы, ядра, шлемы, шнуры с кистями на знаменах характерны для того периода. Помимо архитектурных аргументов, есть и еще один факт: вскоре после того, как российские войска в 1814 году вошли в Париж, император Александр I посетил Тулу. В опубликованном в 1912 году труде гвардии полковника Сергея Александровича Зыбина «История Тульского императора Петра Великого оружейного завода» визит монарха в наш город описан следующим образом:

«В том же (1816) году, 1 сентября, покойный Государь Император Александр Первый изволил осматривать завод и при заваривании пехотного ствола, равно как при ковании принадлежащего к оному штыка, действовать собственноручно молотком. Ружье с сим стволом и штыком находится также в Арсенале».

Установить трофей, посвященный победе в войне 1812 года, в преддверии визита августейшей особы было бы логично, тем более что на это намекает и положение фигур в пространстве. Шлемы военной арматуры повернуты так, чтобы у зрителя создавалось впечатление, будто преторианцы отдают честь въезжающему. А кого ещё могли таким образом приветствовать гвардейцы, если не самого монарха? Косвенно это подтверждают и сохранившиеся в архивах данные о том, что в центре тульского арсенала одно время стоял золоченый бюст Александра I. Если представить, как эти объекты размещались на плане, получится, что образовывали они так называемый «золотой треугольник». Его нередко трактовали не только как принцип симметрии, но и воспринимали мощным оберегом, символом Святой Троицы, между прочим, не единственным в случае с гвардейцами «Стрелы».

Знаки и символы

Вообще на тульских тропеумах достаточно символов, связанных с мужеством, стойкостью, властью и божественной защитой. Взять хотя бы уже упомянутые нами молнии Юпитера на щитах тульских гвардейцев. Они считались символами суверенной власти, знаком того, что божья кара падет на врагов, от которых защищает щит.

А вот элементы аканта на доспехах и амуниции восходят еще к античным традициям. Имя этому распространенному растительному орнаменту, который использовали самые разные стили, подарило растение, которое в быту называли «медвежьей лапой». Поскольку его характеризует удивительная стойкость (есть версия, согласно которой капитель коринфской колонны — не что иное, как увитая прорвавшимся сквозь прутья акантом корзина, замеченная основателем ордера на кладбище), то и символика у орнамента соответствующая. Акантус олицетворяет триумф и преодоление жизненных испытаний.

Часть символов связана уже с неоготической традицией, вошедшей в моду как раз на полях войны с Наполеоном и связанной с восхитившими наших соотечественников величественными, идеальными в своей геометрии соборами Европы. Как рассказывал когда-то одному из авторов этих строк научный сотрудник государственного музея оружия Александр Арбеков, тульские оружейники широко применяли в декорировании европейские орнаменты. До того как у наших мастеров сформировался собственный стиль, существовали даже специальные альбомы с иллюстрациями, которые использовали в качестве образцов.

В 1816 году — как раз к моменту визита Александра I в Тулу — неоготика в России уже широко распространена, и ее элементы постоянно встречаются в декоре скульптур, фасадов и даже гостиных.

К таким символам, в частности, относится орел — головы этих гордых птиц украшают шлемы и навершия мечей гвардейцев на воротах «Стрелы». В европейской традиции орел — символ вечной жизни, мужества, дальновидности и совершенства, а в геральдике — вторая после льва фигура, которая олицетворяет возрождение и вечную молодость (напомним, двуглавый орел — центральный элемент герба Российской империи).

Еще одна узнаваемая «примета» готики — трифолий, мотив декоративного обрамления в виде трех лепестков, которым заканчиваются ножны одного из пары мечей у каждого гвардейца. Символ этот часто используют в архитектуре, и он, так же, как и «золотой» треугольник, означает единство Отца, Сына и Святого Духа. Трифолий — одна из наиболее известных готических розеток, так же, как и четырехлистник, которым украшены имитирующие петли для поножей элементы ножен.

Однако самым интересным, пожалуй, нужно считать розы — как распустившиеся цветы, так и бутоны, которыми украшены щиты и рукояти мечей. «Царица цветов» — один из древнейших знаков со множеством смыслов. Это символ вечно меняющегося и открывающегося новыми гранями мира, с ним ассоциируются идеи мистического центра (Роза мира), рая, сердца, милосердия, всепрощения, божественной любви, мученичества и победы.

В геральдике роза — один из наиболее часто используемых символов, означающих мудрость и тайну. И у гвардейцев на воротах «Стрелы» розы оказались удивительно к месту — даже в царские времена никто не спешил раскрывать секреты тульского арсенала, на территорию которого пускали далеко не всех.

Подробности высоких визитов никогда не разглашали. И неудивительно: как пишет российский ученый XIX века, академик И. Х. Гамель, Арсенал изначально был приписан к Артиллерийскому Приказу и за свою историю никогда гражданским структурам не подчинялся, оставаясь исключительно в ведении военных. Розы преторианцев надежно хранили все тайны…

Конечно, символы сами по себе имеют обыкновение «кочевать» из стиля в стиль. Но только неоготику отличала тенденция использовать в одной композиции максимум знаков со сходным или перекрестным значением.

Основное послание тропеуса «Стрелы», зашифрованное в символах и знаках, прочесть несложно — гордость, честь, вера, мужество, верность Отечеству и защита его интересов. Собственно, за минувшие столетия для наследников тульского оружейного арсенала в нём ничего не изменилось…

Когда Вячеслав Чапкин рассказывал нам о необычном памятнике Александру Суворову, он упомянул и одну из связанных с ним любопытных легенд. Так, жители Санкт-Петербурга до сих пор верят, что генералиссимус в образе бога войны хранит их город от врагов. Памятник не пострадал в блокаду ни под артобстрелами, ни во время авианалетов, которых за три года было около трехсот.

Позже, собирая в единое полотно имеющиеся у нас факты и версии, мы подумали: символично, что история гвардейцев, охраняющих ворота «Стрелы», открылась нам именно сейчас, в канун очередной годовщины Победы в Великой Отечественной войне. Ведь тульские преторианцы тоже устояли под натиском грозного врага. Ничто не указывает, что их снимали с пилонов. А один из многочисленных слоев краски был цвета хаки, который использовали для маскировки. Скорее всего, именно это имеется в виду в воспоминаниях о «спрятанных рыцарях».

Получается, что преторианские гвардейцы ни на день не покидали своего поста, надежно храня тайны оружейного арсенала и его наследников, а вместе с ними и древний город от любого зла. И пока стражи ворот гордо возвышаются на пилонах, Туле не страшна беда.

А мы обязательно вернемся к их удивительной истории, в которой, уверены, нас ждет еще немало открытий.