Миссия лейтенанта Скуратова

В Чернском районе Тульской области есть село Большое Скуратово, в прошлом — Журавино. Здесь родился, провёл детство и последние годы жизни известный русский мореплаватель XVIII века, исследователь Арктики, участник Большой Северной экспедиции Алексей Иванович Скуратов.

«...И рисовать умеет»

Деревня Журавина «в Городском стану Чернского уезда» впервые упоминается в писцовых книгах в начале XVII века. Тогда ею владел князь Юрий Андреевич Ситский. В 1685–1686 годах вдова Фетинья Владимировна Ситская поступилась своим поместьем в пользу Петра Дмитриевича Скуратова и сына его Александра.

Существует легенда, что название Большое Скуратово связано с известным историческим персонажем — Малютой Скуратовым, правой рукой и главным палачом Ивана Грозного. Будто бы Малюта подарил это село своему старшему сыну, а еще одно село, в 18 верстах, — младшему, и назвали его Малое Скуратово.

В действительности владельцы этих земель вели свою родословную от брата Малюты — Ивана Скуратова-Бельского, отличившегося во время работ по укреплению Тульской Засечной черты, за что и был награжден вотчиной в Чернском уезде.

Отец Алексея, Иван Иванович Скуратов, имел непосредственное отношение к флоту. Он состоял на службе в чине капитан-цалмейстера и отвечал за выдачу денежного довольствия из казначейства морякам и работникам верфей.

Скуратов-младший также связал свою жизнь с флотом. Алексей родился в 1706 году, в период бурных реформ Петра Великого, затронувших самые разные сферы жизни Российского государства. Для дворянских детей открылись новые перспективы. Алексей в 1718 году поступил в Морскую академию, в 1721-м окончил ее с отличными результатами и был принят в гардемарины. «Алексей Иванов сын Скуратов, дворянский сын, взят из академии в гардемарины в 1721 году. Науки обучил круглую навигацию, геодезию и такелажную совершенно, такоже и артиллерию и рисовать умеет», — писал в отзыве о молодом Скуратове комендант Ревельского порта. Алексей прошел стажировку во Франции, затем преподавал в Морской академии. В 1726 году получил звание мичмана, в 1730-м — унтер-лейтенанта, в 1733-м — лейтенанта корабельного флота...

«Первый» и «Второй»

Идея организовать масштабную экспедицию для изучения Северного морского пути принадлежала Петру I. Исследовать Русский Север было необходимо: важная для государства территория долгое время оставалась на картах белым пятном. При этом активно осваивалась русскими поморами: они на лодках добирались до Новой Земли и Груманта (сегодня — Шпицберген), ловили рыбу, добывали морского зверя. Осуществить этот замысел удалось только после смерти первого русского императора.

Решение об организации Северной экспедиции Сенат принял в 1735 году, он же утвердил план ее проведения и назначил руководителя — Витуса Беринга. Перед экспедицией ставилось много задач, но главная — выяснить, «имеется ли проход Северным морем в Китай и Индию». Предполагалось, что в экспедицию войдут шесть морских отрядов, каждый — со своим маршрутом. Первый отряд, в который был назначен Алексей Скуратов, должен был пройти из Архангельска в устье Оби, обогнув полуостров Ямал, о размере и конфигурации которого в те времена существовали весьма смутные представления. Для этого в Архангельске специально построили два прочных надежных бота и назвали их «Первый» и «Второй». Командирами ботов стали лейтенанты Алексей Скуратов и Иван Сухотин, начальником отряда — лейтенант Степан Малыгин.

В 1735 году Скуратов и Сухотин прибыли в Архангельск, чтобы принять новые судна, а 22 июня 1736-го боты отправились в путь. Вышли из Двинского устья и сразу же начали исследования: моряки «снимали» береговую линию, промеряли глубины, брали пробы донного грунта, наблюдали за течениями и ветрами. За месяц с небольшим «Первый» и «Второй» успели исследовать Горло Белого моря, остров Моржовец, полуостров Канин, остров Колгуев. Дальше они должны были идти в Печорскую губу, чтобы поступить в распоряжение Малыгина. Встреча состоялась 8 августа, однако планы пришлось изменить. «Обь» — корабль Малыгина — был поврежден и находился в аварийном состоянии, другое судно командира, «Экспедицион», раздавило льдами, к счастью, команда успела эвакуироваться на берег. В результате «Обь» отправили на ремонт в Архангельск, а к Ямалу пошли на новых ботах.

Было решено проводить исследования Ямала одновременно двумя командами — морской и сухопутной. Боты поплывут вдоль берега, а партия геодезиста Селифонтова будет идти по берегу и ставить гурии (древние навигационные знаки поморов — кучи из камней).

Путь найден

И этот план в полной мере осуществить не удалось. Когда боты вошли в пролив Югорский Шар, оказалось, что море почти полностью забито льдом. Несколько дней все-таки удалось идти по разводьям к южной части Ямала, но потом все-таки пришлось возвращаться. Погода портилась, боты шли в тумане на веслах, начались морозы, море полностью затянуло льдами. По приказу Малыгина команда остановилась в устье Кары на зимовку. А через два месяца вернулся геодезист Селифонтов и сообщил: Ямал не соединяется с Новой Землёй! Его партия полностью прошла до конца полуострова. Дальше — только море. На маршруте установлены 18 гуриев, для них определены координаты, а это значит, что картографическая съемка будет максимально точной.

В июле 1737 года, когда море полностью очистилось ото льда, боты вновь вошли в пролив между северным берегом Ямала и островом Белый, обогнули полуостров и вернулись в Обскую губу. Наконец-то путь был найден.

«Первый» и «Второй» остались на зимовку в Берёзове, а Малыгин отправился в Петербург с отчетом, передав командование Скуратову — ему предстояло привести суда в Архангельск.

Обратный путь занял два года и оказался трудным и опасным. Боты попали в ледяную ловушку и были сильно повреждены. С помощью ненцев высадившаяся на берег команда перенесла грузы и обустроила аварийную зимовку. К полуразрушенным судам моряки смогли вернуться только в мае 1739 года. После ремонта в конце июля «Первый» и «Второй» наконец направились в Архангельск. В дороге они потерялись в тумане. В результате «Первый» прибыл в «домашний» порт 15 августа, а «Второй» — десятью днями позже. Так завершилась Северная экспедиция.

Адмиралтейств-коллегия поручила Скуратову по итогам экспедиции составить карту от Архангельска до Берёзова. Алексей Иванович прекрасно выполнил эту работу — долгие годы его карта считалась самой точной. На ней впервые море, которое раньше называли по-разному — Нярзомское, Ледяное, Ледовитое, Тартарское — получило название Карское, в честь первой зимовки в устье Кары.

После Северной морской экспедиции Алексей Скуратов служил на кораблях Балтийского флота, а в 1763 году вернулся в родное поместье в Чернском уезде, где на свои средства построил церковь Рождества Пресвятой Богородицы. Село Журавино получило новое имя — Рождествено. А название Большое Скуратово появилось только в XIX веке.

А. И. Скуратов умер в 1767 году (дата смерти документально не подтверждена и известна по косвенным источникам).

Его именем назван мыс на северном берегу Ямала, полуостров, пролив и мыс возле полярного Диксона, корабли в Арктике.

В Чернском районе, на родине Алексея Скуратова, есть железнодорожная станция, названная в его честь. Здесь установлен бюст выдающегося путешественника и исследователя.