Лётчик, который подрезал Сталина

Сегодня вековой юбилей отмечает легендарный лётчик Николай Кульпов. Он подрезал Сталина, освобождал Литву и Латвию, принимал участие в Кёнигсбергской операции и остался единственным живущим в России участником Корейской войны.

Николай Иванович родился в 1923 году в деревне Погорелице Заволжского района Ивановской области, в большой крестьянской семье. Обычное деревенское детство тех лет, учеба — сначала в начальной школе в деревне Шевелёвке, а затем уже в неполной средней в селе Новлянском.

Казалось, судьба его будет обычной, одной из миллионов — 15-летний подросток выбрал вполне рядовую специальность техника-технолога прядильного производства в техникуме в Кинешме. Но на третьем курсе, в 1940 году, произошло событие, которое коренным образом изменило его жизнь — студентам предложили поступить в аэроклуб. В те годы в СССР не было, пожалуй, мальчишки, который не мечтал бы стать лётчиком, но медицинскую комиссию из примерно 120 человек прошли только 38. В том числе и Николай Кульпов. Он успел налетать 32 часа и получить свидетельство пилота запаса. А через десять дней началась Великая Отечественная война...

За заслуги в учебе и спортивные достижения Николая Ивановича могли взять без экзаменов в военно-воздушную академию, но он отказался и с друзьями встал в очередь в военкомат, чтобы служить Отечеству и защищать свою страну в тяжелые времена. Тогда еще казалось, что вся война закончится за пару месяцев, и молодой человек очень боялся не успеть проявить себя.

18 августа 1941 года Н.И. Кульпов принял присягу, прошел теоретическую подготовку и начал полёты. В училище поступили советские Ил-2, ставшие лучшими в небе Второй мировой войны. Сталин называл их «важными для Красной Армии, как воздух и хлеб». В своей книге «Небо и земля Николая Кульпова» герой вспоминает: «Мы, летчики, влюбились в этот самолёт. Он нам казался, но и на самом деле был очень прочным и выносливым. На фронте не раз бывало, что он многим летчикам спасал жизнь: при страшных повреждениях дотягивал до своего аэродрома, а там уже буквально разваливался на части».

В августе 1943 года Николай Иванович был направлен в 206-й корректировочный разведывательный авиаполк, в котором сражался за победу до конца войны.

Свои мысли на первом боевом вылете летчик отчетливо помнит до сих пор, словно только вчера всё происходило.

— Подлетаем к линии фронта, кругом разрывы. Я только тогда и осознал, что правда убить могут. А у меня и девушки не было, мне двадцать лет всего. Вот только об этом и подумал, — вспоминает ветеран. — А оказалось, что когда стреляют — наоборот, хорошо. Если не стреляли, чувствовали себя хуже — значит, истребители противника близко. Поэтому спустя некоторое время нам стало легко в этой атмосфере. После первого захода с малых высот в 1200 метров мы били больше по зенитчикам, потому что они на виду. Снижались до 50 метров, засекали цели, кто по нам бьет, и уже после первого захода их становилось процентов на 60–70 меньше. И потом уже мы хозяйничали в небе, выбирали любые цели во время следующих заходов.

Николай Иванович летал на разведку, ежедневно делал фотоснимки переднего края обороны и передавал их в штаб. Работа летчиков-разведчиков была жизненно необходима — они сообщали командованию все данные о боевых средствах врага.

выдающуюся роль в Великой Отечественной войне сыграла штурмовая авиация, став незаменимым средством поддержки наземных войск в наступательных и оборонительных операциях с начала освобождения наших оккупированных территорий. Если после артиллерийского обстрела немцы еще в состоянии были вести оборонительные бои, то после атак штурмовиков теряли больше 50 процентов личного состава и техники. Были вынуждены отступать или переходить на другую линию обороны, если она была подготовлена.

— Мой самолет предназначался для аэрофотосъемки и корректировки артиллерийского огня. Мы в оперативном отношении подчинялись штабу командующего артиллерией фронта. Ну и летали, конечно, после этих заданий — уничтожали огневые объекты немцев. У нас самолёт был напичкан вооружением: 400 килограммов бомб, 8 реактивных снарядов, 2 пушки Волкова и Ярцева 23-миллиметровые, 2 пулемета ШКАС скорострельных и один пулемет крупнокалиберный 12,7 мм у штурмана для защиты хвоста. Выбирали цели на переднем крае и уничтожали огневые точки врага. В основном били по артиллерийским и минометным позициям, откуда стреляли, уничтожали батареи зенитчиков, — рассказывает Николай Иванович. — А вот еще один запомнившийся случай. Возвращаюсь я на аэродром, а там на моем месте стоит чей-то Як, причем нагло так, еще и наискось. Ну я его «подрезал» — сел прямо перед ним. И не успел спрыгнуть с плоскости — кто-то сзади ударил меня сигнальным флажком по спине. Я оглядываюсь, а летчик шутливо мне грозит кулаком и говорит: «Ты сдурел? Это же Василий Сталин припарковался».

Самолёт Николая Ивановича сбивали три раза. После одной аварии, в октябре 1943-го, он ходил по лесу 11 дней. В полку подумали, что погиб, и отправили матери похоронку, которую она получила, по счастливому стечению обстоятельств, в один день с письмом от сына.

— В 4 часа утра 9 мая 1945 года я находился под Ригой и готовился к полковому вылету, — вспоминает ветеран. — Темно еще было, поднялась стрельба. Думали, что немцы прорвались. Мы все быстро оделись и выбежали на аэродром. Посмотрели — стреляют в разные стороны. А потом дневальный сообщил, что война закончилась. И мы тоже две обоймы расстреляли, расцеловались, обнимались.

После войны Николай Кульпов служил в 303-й авиационной истребительной дивизии, осваивал реактивные самолёты, участвовал в Корейской войне. На истребителях перехватывал американские самолёты над территорией КНДР. Вел воздушные бои, за 10 месяцев сбил 2 самолёта.

— Я там в сентябре 1951 года столкнулся в воздухе со сбитым американским «Сейбром», повредил сухожилие, и меня отправили в Союз делать операцию. Потом еще летал до 1960-го. Учил летать не только своих летчиков, но и генералов, даже на сверхзвуковых самолётах, — рассказывает Н.И. Кульпов.

Потом Николай Иванович стал командиром эскадрильи истребительного авиаполка. Испытывал новые истребители. Мог удачно посадить самолёт с неисправной тормозной системой или с неработающими бортовыми приборами. За время службы освоил 18 типов летных машин. Совершил 57 боевых вылетов, участвовал в боях на 1-м Прибалтийском и 3-м Белорусском фронтах, штурмовал Кёнигсберг. Награжден двумя орденами Отечественной войны, орденами Красной звезды и Красного знамени, другими наградами.

В 1960 году демобилизовался и переехал в Тулу. Более 30 лет проработал на машиностроительном предприятии «Газстройдеталь», избирался депутатом Центрального района города. Вел большую патриотическую работу с молодежью, школьниками, личным примером пропагандируя здоровый образ жизни, любовь к авиации и своей Родине. «За особый вклад в развитие Тульской области» награжден серебряной и золотой медалями.

Личная жизнь Николая Ивановича тоже сложилась счастливо: с женой Людмилой Ивановной прожил более 60 лет, есть два сына, внук, внучка и два правнука.

Журналисты часто спрашивают Н.И. Кульпова о секрете его долголетия, и он неизменно полушутя-полусерьезно отвечает:

— Считаю, что одна из причин — это природные, наследственные данные. И второе — я никогда не курил. В моей семье вообще никто не курил. Это тоже многое значит. Кроме того, я всю жизнь в сельском хозяйстве, с малых лет много трудился физически, занимался спортом, чем занимаюсь до сих пор. В нашей семье есть и другие долгожители. Сестра моя, профессор Ярославского педагогического института, прожила 97 лет.

Судьба подарила Николаю Ивановичу редкую возможность стать свидетелем и участником событий большого периода исторического пути, пройденного нашей страной. Довелось соприкоснуться с наиболее сложными страницами её истории. Память летчика хранит и тяжелые, героические годы Великой Отечественной войны, и созидательный труд в мирное время. Удивительное несгибаемое поколение спасло страну от захватчиков, подняло ее фактически из руин и никогда не теряло воли к жизни, любви к ней.