Лев, не знавший поражений

Известный своим умением парой слов дать исчерпывающую характеристику любому легендарный Аркадий Георгиевич Шипунов говорил об этом невысоком человеке с внимательным и острым взглядом с неизменным уважением: «Маленький, но Лев»… Главный конструктор по противотанковым ракетным комплексам АО «КБП» (входит в холдинг «Высокоточные комплексы» Ростеха), лауреат Государственных премий СССР и РФ, а также премий имени С. И. Мосина Лев Григорьевич Захаров внёс огромный вклад в развитие предприятия, оставаясь для поколений конструкторов примером бесконечной преданности однажды выбранному делу.

Хочу Родину защищать

Если внимательно изучать историю АО «КБП», непременно обратишь внимание на тот факт, что первая половина XX столетия подарила ему созвездие талантливых разработчиков. И конечно, нельзя не заметить, что почти всегда на выбор профессиональной судьбы в большей или меньшей степени повлияли «сороковые-роковые». Не миновала чаша сия и Льва Григорьевича…

Лев Захаров — коренной туляк и, можно сказать, потомственный оружейник. Его отец трудился начальником инструментального отдела на Тульском машиностроительном заводе. Детство обычного мальчишки, который готовился осенью идти в первый класс, резко прервалось после роковой вести: «Война!». Захаровых должны были эвакуировать, но последний поезд попал под бомбежку, и семья осталась в осажденном немцами городе.

На всю жизнь запомнил будущий конструктор дни героической обороны Тулы — грозный гул налетов фашистской авиации, разрывы зенитных снарядов в небе и бомб на земле. А еще — решимость и героизм горожан, решивших во что бы то ни стало остановить врага и совершивших, казалось, невозможное.

Вскоре после войны — в 1947 году — тяжело заболела и скончалась мама Льва. Глава семьи один воспитывал троих детей. Жили, как и очень многие в те годы, сложно, а в душе младшего Захарова с каждым днем крепла решимость. К окончанию школы он точно знал, кем хочет быть — только оружейником. Во-первых, перед глазами всегда был пример отца, а во-вторых, как и большинство ровесников, он мечтал тогда только об одном — защищать Родину от врага.

Надо сказать, уже тогда Захаров был очень целеустремленным юношей. Неудивительно, что в 1952 году, после окончания 4-й средней школы, успешно поступил на машиностроительный факультет Тульского механического института (сейчас Тульский государственный университет) на специальность «Автоматическое оружие».

Может, и получится из тебя конструктор…

Студент Лев Захаров проучился два курса, когда в его судьбе случился судьбоносный поворот. В 1954 году в институте начались первые наборы на кафедру, которая сегодня называется «Ракетное вооружение». Развитие ракетной техники как на гражданском, так и на военном направлении шло рекордными темпами, потребность в кадрах была очень острой. Профессор вуза Михаил Алексеевич Мамонтов, оперативно отреагировав на запрос государства, добился постановления Совета Министров СССР о подготовке востребованных специалистов в Тульском механическом институте.

Первых учащихся не только набирали, но и перенаправляли с других факультетов. Так, группу Захарова перевели полным составом. Впрочем, для Льва Григорьевича это определенно были счастливые перемены — именно в ракетостроении впоследствии раскроется во всей полноте его конструкторский гений.

Надо сказать, Захарову нравилось учиться. Новая кафедра собрала очень сильный преподавательский состав. Помимо Мамонтова, с будущими оружейниками занимались Нина Петровна Юрманова, Лев Васильевич Захаров, Марселий Петрович Кузьмин, Памв Николаевич Марков и другие. Кроме того, к тому моменту на конструкторском небосклоне уже горели звезды Игоря Яковлевича Стечкина и Николая Фёдоровича Макарова — перспектива работать со специалистами такого высокого класса вдохновляла.

В 1957 году Захарова и еще нескольких одногруппников направили на дипломное проектирование в ЦКБ-14, где в то время проходила переориентация со стрелково-пушечных разработок на ракетную тематику. Там Лев Григорьевич и познакомился со знаменитым И. Я. Стечкиным. Способности студента Игорь Яковлевич оценил весьма оригинальным способом.

— С ним я встретился еще в то время, когда готовился диплом защищать. Мне сказали тогда, что Игорь Яковлевич будет моим дипломным руководителем. А Стечкин сразу спросил: «Ну, кем ты хочешь быть?» — «Как кем? Конструктором»,— отвечаю. «А рисовать умеешь?» — второй вопрос. «Особо нет»,— говорю. Игорь Яковлевич дает мне карандаш и чистый лист бумаги со словами: «Ладно, сейчас посмотрим. Проведи две параллельные линии». Так получилось, что я их провел ровно. Стечкин повертел лист в руках и сказал: «Ну ничего, может, и получится из тебя конструктор»,— рассказывал Захаров.

Работа с Игорем Стечкиным стала для Льва Григорьевича поистине бесценным опытом. Именитый конструктор сделал главное — позволил молодому человеку готовить дипломный проект по новому для конструкторского бюро изделию, которое должно было пойти в производство. Неудивительно, что защита диплома прошла блестяще, хотя председателем комиссии был известный авторитет в оборонной отрасли, руководитель ЦКБ-14 с 1946-го по 1958 год, а впоследствии — начальник отдела военно-промышленной комиссии Совета Министров СССР Игорь Фёдорович Дмитриев.

До конца своих дней Захаров был благодарен Стечкину за то, что тот сразу показал ему всю многогранность конструкторской работы, щедро делился уникальным опытом, помогая состояться как профессионалу.

В созвездии КБП

Молодой специалист Лев Захаров пришел работать в ЦКБ-14 в 1958 году. Сначала он участвовал в разработке управляемой ракеты для истребителя танков «Дракон», буквально переселившись на полигон. В этот период Льва Григорьевича командировали в столичное КБ — работы шли вместе с московскими специалистами. Та поездка запомнилась ему в первую очередь знакомством со знаменитым конструктором, участвовавшим в разработке первых советских истребителей, Дмитрием Людвиговичем Томашевичем. Именно он научил Льва Григорьевича самостоятельно и максимально дотошно разбирать все ошибки в разработках, а еще — дал совет, которым Захаров потом неизменно руководствовался: «Тематикам надо дружить с отраслевыми подразделениями — тогда дело пойдет хорошо»…

Между тем в будущем КБП всё глубже погружались в ракетную тематику: даже Игорь Стечкин и Николай Макаров перешли на это направление со стрелково-пушечного. Захаров, считавший их лучшими в своем деле, тоже перевелся при первой возможности. Под началом Игоря Яковлевича и Николая Фёдоровича Лев Григорьевич проработал несколько лет, утверждая, что ему очень повезло учиться у таких известных конструкторов:

— В дальнейшем случилось так, что Стечкин ушел от нас в ЦКИБ СОО, и большую часть времени мне пришлось работать под руководством Николая Фёдоровича Макарова. Очень часто его вспоминаю — замечательный был человек: большой умница, труженик, очень находчивый, удачливый, везучий, а еще — рисковый и с юмором. Его уважали все — и на предприятии, и на полигонах, и в высших инстанциях. В самых острых и даже трагических ситуациях он никогда не паниковал…

А в 1962 году ЦКБ-14 возглавил А. Г. Шипунов, с ним Захаров встретился первый раз на полигоне в Кубинке, когда шли работы по «Оводу», который ставили на танк Т-55. Позднее Льву Григорьевичу приходилось постоянно общаться с Аркадием Георгиевичем — тот принимал непосредственное участие в создании всех разработок не только как начальник, но и как конструктор, поражая молодых специалистов блестящей эрудицией по всем вопросам, связанным с разработкой передовой техники.

Шипунов, впрочем, тоже Захарова отличал — о молодом конструкторе лестно отозвался Николай Макаров, к мнению которого руководитель тульского КБП неизменно прислушивался. Позже он рассказывал, что Николай Фёдорович пришел к нему с предложением попристальнее понаблюдать за Львом Григорьевичем, утверждая, что из того вырастет великий конструктор. Аркадий Георгиевич, высоко ценивший профессиональную интуицию Макарова, решил прислушаться. И не прогадал. Именно благодаря таланту и упорству Захарова ПТРК предприятия завоевали мировую славу и по сей день остаются лучшими в своем классе…

Много позднее возглавивший КБП Дмитрий Владимирович Коноплев, вспоминая историю собственного знакомства с Захаровым, рассказал, как высоко Шипунов ценил вклад Льва Григорьевича в общее дело:

— Когда я только принял руководство предприятием, буквально через неделю меня пригласил к себе Аркадий Георгиевич Шипунов. Он тогда плохо ходил, и мы ездили к нему домой. А у него сидел Лев Григорьевич Захаров. Шипунов сказал: «Понимаешь, длительное время предприятие кормил «Корнет», и Лев Григорьевич во многом это организовал. Давай, надо и дальше эту тематику продолжать». И Лев Григорьевич Захаров начал работать с новой силой.

Только вперёд

— Слава предприятия зависит в первую очередь от таких людей — твердой воли, выдержки, не теряющихся ни при каких обстоятельствах. Он из конструкторов, который ни одну тему не сработал в корзину,— говорил о Захарове Дмитрий Коноплев.— Руководитель, создавший отделение, о котором заботился…

Лев Григорьевич сумел сплотить коллектив и организовать эффективное взаимодействие отделения и смежных организаций по созданию целого ряда противотанковых ракетных комплексов нового поколения. Под его руководством разработаны новые ПТРК «Корнет» и «Корнет-ЭМ», а также проведена глубокая модернизация комплексов и ракет «Конкурс-М», «Метис-М» и других.

Л. Г. Захарова помнят как человека, отличавшегося высокой работоспособностью, оригинальным конструкторским мышлением, глубокими теоретическими знаниями, исключительным трудолюбием, целеустремленностью и настойчивостью в достижении поставленных целей. Он умело сочетал тактичность и требовательность к себе и подчиненным, не любил отступать, признавая в работе единственный принцип: «Только вперед!». От гениальных своих учителей Захаров перенял лучшие качества конструктора: упорство в решении задач, постоянное стремление к усовершенствованию разработанного образца и умение «держать удар» в неизбежные при отработке периоды неудач.

Природная интуиция, способность выбрать наиболее приемлемое техническое решение, настойчивость при отстаивании своей точки зрения в сочетании с умением выслушать, а часто и согласиться с мнением оппонента, позволили Льву Григорьевичу много лет успешно руководить одним из наиболее рентабельных и важнейших направлений деятельности предприятия.

Профессиональный путь Льва Захарова проходил сквозь разные времена — он начинал трудовую деятельность в период «холодной» войны в условиях гонки вооружений, пережил хрущёвскую «оттепель», брежневский «застой», горбачёвскую «перестройку», конверсию… Но ни разу не изменил ни предприятию, ни своему призванию. В том, что КБП не только выстояло в непростые времена, но и поднялось на новую высоту, его роль очень велика, считают все, кому посчастливилось работать со Львом Григорьевичем. Мнение коллег подтверждают свыше 150 авторских свидетельств и патентов на изобретения, реально используемые в конструкциях составных частей ПТРК, а также высокие государственные награды Л. Г. Захарова — ордена «За заслуги перед Отечеством» IV и III степеней, медали «За доблестный труд», «За трудовую доблесть», «Ветеран труда». Ему неоднократно присваивались звания «Лучший конструктор Министерства», «Лучший изобретатель и рационализатор»…

Лев Григорьевич ушел 3 июня 2015 года. Однако дело его живет — работают в КБП сын, многочисленные ученики и единомышленники, совершенствуются и разрабатываются новые образцы ПТРК. И это, наверное, главное наследство, которое оставил родному предприятию Лев, не знавший поражений.