Фамилия и характер для передовой

Это было в начале 1980-х. На заседании парткома Туламашзавода пропесочивали двух членов КПСС, причём настолько жёстко, что рассматривался вопрос об их исключении из партии. К счастью (надо добавить, что прежде всего для предприятия), дело для начальника ракетного производства и начальника механосборочного цеха ограничилось строгими выговорами.

Сегодня о ситуации почти сорокалетней давности генеральный директор АО «АК «Туламашзавод» Е. А. Дронов и его первый заместитель В. И. Боев вспоминают с юмором. Но тогда им было далеко не до смеха. Не по причине «строгачей», конечно, а из-за срыва сроков в постановке на производство и запуске в серию экстренно востребованных армией изделий. Ракеты не «летели» как должно, а пушки из механосборочного цеха выходили, по выражению Боева, «сырыми».

Евгений Анатольевич вспоминает, как круглыми сутками заводчане вместе с разработчиками искали причину сбоя ракетной «летучести». А Владислав Ильич — о вовлеченности в приведение в чувство орудия знаменитого пушкаря Василия Петровича Грязева. Они вместе с начальником производства Туламашзавода Виталием Михайловичем Романовым «перенянчили» все узлы изделия, а некоторые из них даже в поисках «червоточины» распиливали. В результате всё полетело и застреляло, то есть пришло в соответствие с замыслами разработчиков.

Дронов вспоминает, что сказал по этому поводу директор КБП А. Г. Шипунов: «Вот видишь, Женя, какую силу строгий выговор имеет».

Но если без шуток, то преданность делу, Туламашзаводу и для Дронова, и для Боева всегда и при любых ситуациях важнее всего, а интересы родного предприятия выше всех других интересов. Оно связывает этих людей уже более 40 лет. И если Евгений Анатольевич начинал свой трудовой путь после окончания Тульского политехнического института на оружейном заводе, то Владислав Ильич, тоже учившийся на машфаке, по распределению пришёл на Туламашзавод, в механосборочное производство 23 марта 1973 года, то есть 50 лет назад.

Такелажных дел мастер

— Встретивший меня начальник цеха Николай Георгиевич Макаров спросил, какую инженерную науку первой я хотел бы освоить? — рассказывает Боев.— Ответил, что хочу, как и мой батя Илья Филиппович, начать с мастера производственного участка. Отец работал мастером в «Подземгазе», а мама была домохозяйкой, обихаживала четверых детей — трех братьев и сестру. Я в семье рос четвертым, и хоть самый младший — к труду был приучен, работы, даже тяжелой, не боялся. Тем более был закален в целинных отрядах. Все студенческие каникулы строил жилые дома, фермы, объекты соцкультбыта в Казахстане, Сибири, районах Тульской области. Например, в Дубне мы возвели Дом пионеров, это здание до сих пор цело и невредимо.

Поэтому, когда в первый рабочий день наладчик попросил меня встать за фрезерный станок вместо заболевшего рабочего, я, не кичась должностью мастера, стал фрезеровать гайки. И за токарным, и за сверлильным, и за фрезерным станками стоял, и песочил, и фосфотировал, но чаще всего приходилось подменять грузчиков. Куда деваться, если план жесткий есть, а рабочих рук не хватает. Тут главное — дело…

Рос Боев по заводским меркам быстро. Вскоре стал старшим мастером, затем заместителем начальника и начальником цеха. А потом его двигали, как говорят на заводе, по горизонтали. То есть из руководителей одного, уже налаженного производства в другие, требующие серьезной организационной работы и сколачивания команды в единый сплоченный и профессиональный коллектив.

Владислав Ильич делать это умеет как мало кто другой. К людям труда относится с огромным уважением и ценит в них прежде всего профессионализм.

Его этому учили производственники, для которых завод был родным домом, которые понимали его душу и умели работать в ритме его сердца. Умудрённые опытом руководители поддерживали Боева, понимая, что к ним пришёл свой человек, не способный предать завод, не жалеющий времени и сил для полноценной жизни и доброго будущего предприятия. Владислав Ильич с огромной благодарностью вспоминает старшего мастера М. Я. Тихонова, начальников смежных производств Е. К. Милохова, Н. С. Измайлова и многих других. Заводчан, которые не уходили домой, пока не выполнят все поставленные перед ними задачи. Как это было, например, во время войны в Афганистане. Тогда по сути в круглосуточном режиме работали бесперебойно, а изделия грузили в самолеты для комплектации оружия на предприятиях в других концах страны.

Снова на передовой

Собственно, в заводской жизни Владислава Ильича мало что меняло время, постоянно требующее быть на передовой производства. Легким оно не было никогда — ни в советские годы, ни в 90-е, ни в нулевые, когда завод ставился на новые рельсы развития, техперевооружения, расширения линейки продукции. А сегодня — вообще режим особенный.

— Я не сомневался,— говорит Боев,— что заводчане откликнутся на наши просьбы ударно трудиться в более напряженном ритме. Люди понимают, что их весомый вклад в поддержку бойцов СВО приближает победу над вновь поднявшими голову нацистами. И я тоже считаю своим долгом оставаться в строю…

Родоначальник династии

Надо сказать, что чувство долга за порученное дело и приверженность заводскому коллективу он передал многим из своей семьи. Вслед за Боевым на Туламашзавод пришла работать его жена (кстати, школьная любовь), сестра, два сына и даже внучка с мужем.

Пополнению Боевыми трудового коллектива предела нет, поскольку у Владислава Ильича семеро внуков и уже трое правнуков. И это для АО «АК «Туламашзавод» — ценный резерв.

Его сын, Илья Владиславович Боев, первый заместитель директора ООО «Металлург-Туламаш», вспоминает, что на предприятии впервые оказался ещё в раннем детстве.

— У нас есть ежегодная традиция приглашать на День завода 8 июля семьи сотрудников. В первый раз меня родители взяли с собой годика в четыре,— рассказывает он.— Здесь стояли тысячи мотороллеров — «Муравей», трицикл…

На мотопроизводстве лет десять спустя и началась трудовая биография Ильи Владиславовича. Сейчас он об этом рассказывает со смехом: подростком учеба ему была не сильно по душе, и взрослые решили, что рабочий опыт парню окажется полезен. Может, лето в цехе вместо уличного простора и носило по замыслу исключительно воспитательный характер, но с наступлением осени ученик токаря Илья Боев с предприятием не расстался.

— Мне на заводе понравилось — люди были добродушные, отзывчивые. В общем, как и сейчас,— говорит он.— Заниматься с железками было интересно, и потом — мы делали мотоциклы, машины…

Может, эта трудовая биография и стала бы классической заводской — с одной записью в трудовой книжке и поступательным движением вверх без пропуска ступеней… Но наступил тот суровый экономический период, который многие до сих пор вспоминают не без дрожи, и мотопроизводство постепенно свернулось.

Илья Владиславович в те годы руководил собственным небольшим производством. Он уверен, что, несмотря на тяжелые времена, это был очень ценный опыт: суровая школа девяностых и двухтысячных годов здорово помогает нынешним руководителям.

Именно в двухтысячных, двадцать лет назад, его и пригласил работать директор дочернего общества Туламашзавода.

— Начинал с должности начальника участка,— рассказывает Илья Владиславович.— Производство было практически полностью развалено, стояло на грани закрытия. Работали там всего 25 человек. За прошедшие годы этот коллектив вырос больше чем в десять раз.

Можно представить, с каким ворохом проблем пришлось столкнуться молодому руководителю. И кажется таким естественным прибегнуть к помощи или хотя бы совету опытного и хорошо знающего завод отца. Но, видно, в фамилию вшит и характер…

— Старался с проблемами никогда к нему не обращаться,— отрезает Илья Владиславович.— Всё решал самостоятельно. Мне было важно заработать собственное имя.

Однако, признаётся наш собеседник, старший Боев всё-таки помогал — собственным примером:

— Я тщательно приглядывался к его работе, наблюдал, как он руководит производством, как общается с людьми…

Как и отец, Илья Владиславович старается быть уже на работе к началу смены — не позднее 7.20. Это не обязанность, а правило руководителя: в утренние часы можно решить срочные вопросы и лично сделать обход производства.

— Так проще работать. Не собирать совещания, а самому посмотреть все детали, поговорить с рабочими, получить информацию из первых рук, а потом уже разбираться с мастерами, начальниками цехов и производств,— поясняет И. В. Боев.— И люди меня знают, могут обратиться напрямую с какими-то личными проблемами и вопросами. А значит, потом и я, как руководитель, всегда могу обратиться к ним с производственными задачами.

Задачи же «Металлург-Туламаш» решает разнообразные: линейка выпускаемой продукции большая, и к тому же условия всегда диктует рынок — бывает, что приходится перестраиваться под потребности нового заказчика в очень сжатые сроки. Стало быть, и производственный ритм жёсткий. Именно поэтому здесь ценят кадры и людей стараются держать. Для Ильи Владиславовича Боева это тоже во многом отцовская наука.

— Специалистов по металлургии в Тульской области не так просто найти, производств много. А человеческий ресурс, что бы ни преподавали в современных академиях,— всё-таки самый ценный. Поэтому с людьми необходимо общаться — объяснять, что происходит на производстве, какие перспективы, какие трудности…

А вот собственные рабочие трудности у Боевых обсуждать не принято — дома только о семейных делах.

— Ну мы же видимся на работе шесть дней в неделю,— улыбается Илья Владиславович.— Иногда и семь.

Об отце Илья Боев говорит как о человеке добром и строгом, а более всего — неординарном и всегда верным себе.

— У него всегда был свой взгляд на мир. Поэтому он и принимает решения, которые бывают даже авантюрными, но очень действенными. И он человек слова. Если сказал — сделает. О нём это знают не только у нас на предприятии, но и во всей России. Мне важно работать так же.

Батя

— Вы же про Владислава Ильича поговорить пришли? Да к кому угодно можете обратиться, у нас его все любят,— улыбаясь, встречает нас начальник цеха № 4 Виктор Мартынов.

Много времени на то, чтобы поверить — Виктор Васильевич ни капли не преувеличил, нам не понадобилось. Сотрудники машпроизводства считают Боева своим, далеко не каждый руководитель может добиться столь полного принятия трудовым коллективом.

Начальник машпроизводства-2 Николай Иванович Мысько говорит, что такой безусловный авторитет отчасти связан с тем, что Владислав Ильич никогда не был, что называется, «кабинетным» начальником.

— Он же, по сути, всегда на производстве,— говорит Николай Иванович.— В кабинете Владислав Ильич только совещания проводит, да оперативные вопросы решает. А так — каждый день он обязательно проходит по цехам. Всё видит, замечает и оценивает, а потому ему невозможно чего-то недоговорить, даже какую-то мелочь. Всегда таким был.

С Владиславом Боевым Николай Мысько знаком давно, если не с первого, то со второго года своей работы на Туламашзаводе точно. Сначала молодой специалист трудился конструктором, но очень хотел перейти на производство. Предложений было много, и он колебался до тех пор, пока коллега не отвел его к Владиславу Ильичу… Через полторы недели Николай уже трудился на новом месте.

— Боев неисправимый трудоголик,— говорит Мысько.— И этим умеет увлечь за собой. В конце восьмидесятых он вернулся на машпроизводство, чтобы вытащить наш цех из очень тяжелой ситуации. Помню, мы тогда приходили на работу в семь утра, а уезжал домой я последним автобусом в пятнадцать минут первого. И всё это время Владислав Ильич работал наравне со всеми, последний доклад в конце дня он слушал уже без пятнадцати двенадцать. Тяжело, конечно, было, но с поставленной задачей коллектив под его руководством справился.

По словам Николая Мысько, Боев — человек, который всегда выкладывается на максимум, двигаясь к поставленной цели. Препятствия никогда не были для него поводом не только отказаться от задуманного, но даже просто снизить темп.

— Конечно, он требовательный,— кивает начальник машпроизводства-2.— Если сказал, что задача должна быть решена сегодня, то никакие «завтра с утра» его не устроят. С другой стороны — не был бы таким, состоялся бы он как всеми уважаемый руководитель?

Николай Иванович за многое благодарен Боеву, но в первую очередь за наставничество: он учил молодого специалиста делу, поддерживал в перспективных начинаниях, помогал достигать новых высот.

— Он, можно сказать, вырастил меня как профессионала,— говорит Николай Мысько.

Собственно, за производственную науку Владиславу Ильичу в машпроизводстве благодарны многие. Уже упомянутый нами Виктор Мартынов говорит: именно Боев стал для него примером того, что свое слово надо держать всегда.

— У него феноменальная память,— пояснил Виктор Васильевич.— И с одной стороны, она позволяет всегда помнить о тех обязательствах, которые принял на себя кто-либо из его подчиненных. А с другой — никогда не забывать о собственных обещаниях и всегда исполнять их.

Двадцать лет назад Виктор Мартынов пришел по окончании ТулГУ на Туламашзавод мастером. И быстро понял, что Боев — руководитель серьёзный, где-то даже жёсткий.

— Но при этом он всегда справедлив и готов в полной мере разделять ответственность с коллективом, защищать своих подчиненных,— отмечает Мартынов.— Мы его часто батей зовем — вроде и не сказать, чтобы мягкий человек, но ты знаешь, что на его поддержку в нужный момент всегда можешь рассчитывать.

Сила слова и дела

Слесарь механосборочных работ Александр Морозов знает Владислава Боева чуть не с того дня, как тот впервые прошел через заводские проходные. И говорит, что он при всей внешней строгости неизменно оставался человеком неравнодушным.

— Он всегда помогает,— рассказал Александр Борисович.— Если какие-то по работе сложности, можно прийти посоветоваться, вместе поискать решение проблемы. И эта черта характера его не только на производство распространяется, он вообще редко в помощи отказывает, даже если дело личное. Что сможет — всё сделает. Это тут каждый подтвердит.

По словам Александра Морозова, Владислав Ильич на заводе прошел большой путь, и профессиональный успех — почти полностью его заслуга.

— У него есть производственная жилка, природный талант, редкое профессиональное чутье,— объясняет слесарь.— Он в работе чувствует верное направление, мгновенно понимает, как надо поступить, наверное, в любой ситуации.

А еще для Александра Борисовича важно, что ни карьера, ни признанный авторитет в профессиональной среде не сделали Владислава Боева кем-то, кого не без сарказма называют «небожителями».

— Он обязательно подойдет, поздоровается, поинтересуется делами,— говорит Морозов.— Всех помнит поименно, мы для него не какие-то там «трудовые единицы».

Слушавший наш разговор с Александром Борисовичем начальник цеха № 2 Александр Викторович Лузин заметил, что готов подписаться под каждым сказанным Морозовым словом. Боева на машпроизводстве не просто уважают как профессионала высочайшего класса, а действительно любят — за неравнодушие, готовность поддержать в трудный момент, за то, что верен выбранному делу…

— Наверное, главное, чему учишься у Владислава Ильича,— отношению к людям,— считает Александр Лузин.— Ты очень быстро понимаешь, что такая репутация, как у него, стоит, в первую очередь, на этом. Он не отделяет себя от производства и тех, кто в нем занят.

Высоко оценивает профессиональные и человеческие качества В. И. Боева и Герой труда РФ, генеральный директор АО «АК «Туламашзавод» Евгений Дронов.

— Он живет заводом, и всё, что включает в себя это понятие, ему дорого. А люди чувствуют это и потому верят Боеву, идут за ним,— подчеркивает Евгений Анатольевич.— Владислав Ильич всей душой предан делу, которому служит, его вклад в развитие предприятия трудно переоценить. Мы работаем вместе очень много лет, и я не могу вспомнить случая, когда бы он не справился с поставленной задачей или схалтурил. Именно поэтому, когда беру отпуск, исполняющим обязанности оставляю Владислава Ильича. Уезжаю со спокойным сердцем, потому что знаю — завод в надежных руках.