Драматург и следователь в третьем поколении

Из Болниси — в Богородицк

Пьесу, созданную на основе старинной лапландской сказки — притчи о жизни и смерти, любви и жертвенности, в тульском театре поставил молодой режиссёр из Санкт-Петербурга Михаил Абрамов. Но это не единственное сценическое воплощение «Идущей к морю» — пьеса Рагима Мусаева идет и в других городах, и не только российских, в том числе в Луганском академическом театре кукол. Премьера состоялась в городе, еще не оправившемся после бомбёжек и боевых столкновений. Зрители смотрели — и плакали…

Более десяти пьес, написанных Рагимом Мусаевым, включены в репертуар театров Тулы, Москвы, Тамбова, Тольятти, Кемерово, Беларуси, Украины, Казахстана и даже русского театра в Эдинбурге — в общей сложности, около 40 постановок. Не каждый драматург сегодня настолько востребован. А случай Рагима Мусаева и вовсе уникален: человек с двумя высшими юридическими образованиями, служащий в следственном управлении УМВД и выполняющий ответственную и сложную работу, по вечерам и выходным пишет пьесы…

Рагим — из интернациональной семьи. Его отец Гашам Хыдырович — азербайджанец, но родился в Грузии, в селе, с 1960 — х годов — городе Болниси, который, так сложилось исторически, был центром компактного проживания азербайджанских семей.

— На самом деле это мультикультурный город: в Болниси жили не только азербайджанцы и грузины, но и греки, армяне, таты,— рассказывает Рагим. — А еще он в определенном смысле немецкий — в 1818 году сюда переселились около 100 семей из Швабии, а город переименовали в Катариненфельд в честь сестры царя Александра I Екатерины Павловны. У нас остались родственники в Болниси, я в детстве приезжал к ним с отцом. В последний раз навещал за год до его смерти, лет шесть назад…

Гашам Хыдырович окончил Высшую следственную школу Академии МВД СССР в Ленинграде и по распределению приехал в Тульскую область. Его направили в Богородицк, где он и познакомился с будущей женой, учительницей русского языка и литературы Лидией Владимировной Саморуковой. Рагим родился в Богородицке, сейчас живет и работает в Туле.

— Мама 40 лет преподавала в школе, сейчас на пенсии, а бабушка была учительницей немецкого языка,— уточняет Рагим. — У нас в семье много читали, мы с родителями часто бывали в Москве, Ленинграде, ходили в театры и музеи. И в богородицкий театр «У Гаши» меня привела мама — мне было 13 лет, я рос довольно замкнутым ребенком, и она решила, что это поможет как — то раскрыться…

О театре «У Гаши», созданном в 1987 году в библиотеке искусств, расположенной в знаменитом болотовском парке, Рагим говорит с искренней теплотой и благодарностью. Здесь царила по — настоящему семейная атмосфера, при этом к делу все относились серьезно, как в профессиональном театре. Ставили преимущественно классику, Рагиму поручали характерные роли. Свой первый полноценный сценарий он написал для «У Гаши», потом появилось еще несколько пьес. Конечно, тогда Рагим постигал законы драматургического жанра интуитивно, это сегодня книжные полки в его доме заставлены специальной литературой. Но он чувствовал театр изнутри, а это сухой теорией не заменишь.

«Он не любил вспоминать о войне»

Рагим Мусаев признаётся: когда пришло время выбирать вуз для поступления, он всерьез думал о литературном институте. Но отец был категорически против и настоял на поступлении в юридический…

Рагим не жалеет о выбранной профессии. Работа в следственном управлении и театр — две важные стороны его жизни, которые не вступают в конфликт, напротив — дополняют друг друга. В первые годы работы Рагим практически не писал и, возможно, театр так и остался бы в его жизни просто хобби, но однажды кто — то из друзей посоветовал Мусаеву выложить в интернет пьесу по сказке Андерсена «Снежная королева». Через некоторое время на его электронную почту пришло письмо из белгородского театра: «Пьесу прочли, понравилась, хотим поставить»…

Рагим — следователь в третьем поколении. В его семье фактически все мужчины следователи: отец, брат Владимир и дедушка Владимир Владимирович Саморуков.

— Дедушка — ветеран Великой Отечественной войны, он участвовал в жесточайших боях за село Городище в Чернском районе, на границе Тульской и Орловской областей,— рассказывает Рагим. — Но о войне вспоминать не любил. Вёл дневник, в котором описывал события своей жизни, при этом военной темы касался скупо. Дед хотел, чтобы после смерти его архив отдали именно мне, я стал его разбирать и обнаружил переписку со школьным музеем. Это был подробный рассказ о том, что ему пришлось пережить на фронте…

По одному из эпизодов из записок дедушки Рагим написал пьесу.

…Два бойца ночью прячутся в воронке от разорвавшейся бомбы. Ночь, недолгое затишье после страшного боя. Вокруг — трупы солдат. Светает, и парни понимают, что немецкие позиции — совсем рядом, их вот — вот обнаружат, а это — смерть.

— Уже в начале пьесы понятно, что погибнет один из бойцов, но кто именно — неизвестно до самого финала,— говорит Р. Мусаев.— Этот эпизод дедушка описывал очень подробно. Когда они с другом поняли, что немцы приближаются, накрылись чьим — то трупом и притворились мертвыми. У немцев была собака и она, конечно, должна была их найти и залаять. Подошла совсем близко, но почему — то никаких сигналов не подала. Мистика… Друг дедушки потом погиб, а он сам был тяжело ранен, сутки пролежал в снегу на морозе, истекая кровью, выжил чудом. Ему тогда было всего 20 лет…

Эту пьесу в 2013 году Рагим Мусаев отправил на Международный литературный конкурс «Славянские традиции», проходивший в Крыму. Первый тур был заочным, тех, кто прошёл отбор, пригласили принять участие во втором, очном этапе. Конкурсанты читали фрагменты своих произведений перед профессиональным жюри и публикой. Пьесе Мусаева отдали первое место и жюри, и зрители. Через некоторое время её решил поставить Бугурусланский драматический театр им. Н. В. Гоголя (Оренбургская область). Бугурусланцы тогда даже не подозревали, что именно в их городе в госпитале после ранения долечивался Владимир Владимирович Саморуков, главный герой пьесы. Удивительное совпадение.

Только не детектив

Сейчас Рагим Мусаев в отпуске, который, как обычно в последние годы, проводит за компьютером. В работе — пьесы для драмтеатра и театра кукол, а еще моноспектакль. Рагим пишет в разных жанрах, использует разные сюжеты — за исключением детективного. Объясняет, почему: реальное расследование — долгий, тяжёлый, часто рутинный процесс, если его воссоздать на сцене, публике будет неинтересно. Тот самый случай, когда жизнь вступает в противоречие с законами драматургии. А писать неправду Рагим не может — профессиональная совесть не позволяет…

Два, кажется, несовместимых рода деятельности уживаются в этом человеке вполне гармонично. Так же, как две национальные культуры в его семье и в нём самом.

— В детстве я об этом даже не задумывался. Позже, в старших классах, друзья обращали моё внимание, что в каких — то случаях я веду себя по — особенному, в частности, со старшими я всегда подчеркнуто вежлив, а это — основа азербайджанской культуры. С другой стороны, вежливость и уважение к старшим естественны для любого воспитанного человека,— считает Рагим. — Что касается азербайджанского языка, то на бытовом уровне я его понимаю, но говорю и думаю на русском. А мама, кстати, прекрасно готовит блюда и русской, и азербайджанской кухни — шурпу, плов, долму…

Семья — маленькая модель мира, в котором мы все живём. И если этот мир существует по законам любви и взаимного уважения, лучшее в традициях разных национальностей становится общим…