Ангелы-хранители

Недавно многодетная мама Мухабат Бекчаева и её дети справили новоселье: семья получила по социальному найму две комнаты в благоустроенном доме и временную регистрацию. Долгий период мытарств, нужды и отчаяния закончился, и сегодня Бекчаевы с оптимизмом смотрят в будущее. 

Не уезжали до последнего

У Мухабат шестеро детей. Она и сама росла в многодетной и межнациональной русско-узбекской семье. Отец, Туй Бекчаев, познакомился с мамой Мухабат, Марией, когда приезжал в Набережные Челны по делам. Влюбился — и увез ее в Таджикистан, в город Турсунзаде, расположенный в 60 км от Душанбе.

— У нас был большой дом, сад, огород, теплица, в которой отец выращивал лимоны,— вспоминает Мухабат.— Детей было шестеро: я, три сестры и два брата. Жили мы хорошо, дружно, дом свой любили. Когда распался Советский Союз и в республике началась война, не уезжали до последнего. Но потом в наш дом ворвались исламские экстремисты и страшно избили родителей — за то, что отец женат не на мусульманке. После этого собрались — и переехали в Россию, в татарскую деревню, где жили мамины родственники…

Это случилось в 1997-м: к тому времени у 26-летней Мухабат было трое детей: шестилетняя Наргиз, четырехлетняя Фируза, трехлетний Рустам. Их отец остался в Таджикистане: он крепко пил, и брак распался.

С российским гражданством у членов семьи Бекчаевой проблем не было: они сохранили советские паспорта и гражданство Таджикистана не принимали. Братья и сестры разъехались и начали заново строить жизнь, а Мухабат осталась с родителями.

— У меня есть образование — еще в Таджикистане закончила торговое училище, потом педагогический техникум — хотела стать воспитательницей. Но в деревне я смогла устроиться только на ферму, проработала дояркой семь лет,— рассказывает Мухабат.— Надо было как-то выживать, поэтому бралась за любое дело. Взяла участок, выращивала сахарную свеклу, на деньги, вырученные за урожай, покупала поросят, гусей, уток. Со временем у нас появилось хорошее большое хозяйство… А потом я сделала большую глупость — не знаю, как могла так ошибиться…

Новая жизнь в Венёве

«Глупостью» Мухабат называет свой второй, гражданский, брак. Алексей казался надежным человеком. И непьющим вроде бы был — во всяком случае, производил такое впечатление. Поначалу жили неплохо, Мухабат родила еще троих детишек. Одного из сыновей назвала Тахиром в честь младшего брата: в 2001 году он был призван в армию, отправлен в Чечню и буквально в первые же дни погиб под Шали…

А потом Алексей начал пить — и издеваться над женой и детьми.

— Он выпивал и превращался в настоящего зверя, не зря ведь говорят, что когда человек пьет, мозги сохнут. Я долго терпела, но когда он стал хвататься за нож и топор, испугалась, забрала детей, всё бросила — и уехала к сестре в Вёнев: она за местного замуж вышла, меня с ребятами согласилась на время принять,— продолжает Бекчаева.

В 2007 году Мухабат приехала в Тульскую область с пятью детьми — старшая осталась в бабушкой и дедушкой, она встречалась с очень хорошим парнем, теперь они живут вместе, растят своих детей. Венёв Бекчаевой сразу понравился: тихий, спокойный старинный русский город. У сестры долго оставаться было нельзя: дом небольшой, да и муж недовольство проявлял. Сняла квартиру и начала искать работу. А что можно найти в Веневе, особенно если у тебя нет даже временной регистрации? Уборщица, продавщица в палатке… Выручали сезонные работы. Мухабат уверяет, что на картошке можно было неплохо заработать, только пахать надо было с утра до ночи и «спину крепкую иметь».

Как это часто бывает, всё начало рассыпаться одновременно. Хозяева решили продать квартиру, которую снимала Мухабат. Найти новую по бюджетной стоимости не удалось. Женщина вместе с детьми оказалась на улице. Она обращалась в местную администрацию, но там помочь ей не смогли: у Мухабат не было даже временной регистрации. Кто-то подсказал, что в Веневе пустуют комнаты в старом ветхом бараке. Бекчаевы вынуждены были заселиться туда. Условия были ужасными — земляные полы, текущая крыша, с водой и электричеством проблемы. Ну а дальше были многочисленные письма, многочисленные обращения в самые разные инстанции. О ситуации, в которую попала семья Бекчаевых, узнали в Тульском областном кризисном центре помощи женщинам. В Венев выехали специалисты центра — и с этого момента началась непростая кропотливая работа…

— Говорят, Бог вокруг себя собирает самых светлых ангелов,— говорит Мухабат.— А мне повезло с моими ангелами-хранителями — я никогда не встречала таких добрых людей, как здесь, в кризисном центре. С первой встречи они были со мной, с детьми, помогали продуктами, привозили теплую одежду, искали для меня варианты работы с жильем, думали, как решить юридические проблемы, с которыми я столкнулась…

— Ситуация была действительно очень непростая,— объясняет юрисконсульт кризисного центра Любовь Иванова.— Мы стали заниматься этой семьей в 2016 году, когда Мухабат жила с тремя несовершеннолетними детьми — старшая девочка уже вышла замуж. Начали искать работу — такую, чтобы семья могла получить крышу над головой и временную регистрацию. Получилось — в фермерском хозяйстве ООО «Салют» в Веневском районе. Мухабат брали на ферму телятницей и предоставляли Бекчаевым две комнаты. Перспективы намечались неплохие. Детей перевели в Мордвесскую школу, в будущем семье обещали предоставить коттедж. Однако со временем выяснилось, что Мухабат уже не может заниматься тяжелым физическим трудом: за эти годы ресурсы организма исчерпались, по вечерам у нее опухали и болели суставы. Ей пришлось уволиться — и снова потерять всё…

«Я горжусь своими детьми»

Директор Тульского областного кризисного центра Эвелина Шубинская и юрис — консульт Любовь Иванова рассказывают, как сложно было разрешить ситуацию Бекчаевых. Прежде всего — через суд оспорить отказ отдела соцзащиты населения Веневского района в присвоении Бекчаевой статуса многодетной матери. К счастью, удалось, и она получила право на соответствующие меры социальной поддержки. Нашли для женщины новую работу — на Узловской птицефабрике. Оставалось главное: жилье с временной регистрацией. Во многом благодаря личному ходатайству министра труда и соцразвития Тульской области Андрея Филиппова, Бекчаевым наконец предоставили на правах социального найма две комнаты, находящиеся в маневренном фонде МО Веневский район.

— Мы продолжаем сопровождать эту семью. В ближайших планах — судебное оспаривание отказа в предоставлении Бекчаевой участка как многодетной матери,— сообщает Любовь Иванова.— Ну и, конечно, по возможности будем помогать материально. На днях планируем привезти кое-что из сантехники и шкаф…

Мухабат признаётся, что в ее жизни был период полного отчаяния, когда она от безысходности погрузилась в депрессию: не могла ничего делать, не хотела говорить. Счастливое вмешательство «ангелов-хранителей» она искренне считает чудом.

— Я верующий человек,— говорит она.— В детстве об этом не думала, в нашей семье вообще о религии не говорили. А в последние годы Библию начала читать, приняла крещение. К матушке Матроне в монастырь ездила, детям о Боге рассказываю. Но ни на чем не настаиваю: вот станут совсем взрослыми — пусть сами решают, к какой вере принадлежать. Они у меня очень хорошие, самостоятельные, всё умеют делать. Я ими горжусь. А сотрудников кризисного центра всегда буду благодарить, желать им всего самого лучшего — и молиться за их здоровье…