Где отсыпаются Деды Морозы

— Вы правда думаете, что нам звонят только по делу? — смеется начальник дежурной части УМВД России по городу Туле Федор Тришин. 

— Временами даже «который час?» спрашивают…

Работа у сотрудников дежурной части и в самом деле гораздо сложнее и интереснее, чем может показаться со стороны. 

Человек на телефоне

В правоохранительные органы Фёдор Тришин пришел в 1996-м. Сейчас, конечно, оценки тех лет разнятся от идеализации до демонизации, но то, что криминальные сводки тогда были не в пример насыщеннее, а подавляющее большинство населения, напротив, беднее,— факт. Если ориентироваться, например, исключительно на современные сериалы, то кажется, что пойти работать во вневедомственную охрану тогда мог либо бессмертный, либо беспринципный. Оба определения как-то слабо вяжутся с образом 19-летнего парня из совершенно обычной семьи.

— Я никогда не мечтал работать в милиции, у меня даже высшего образования не было: юридический институт МВД уже на службе окончил,— рассказывает Фёдор Тришин.— Я технарь, хотел быть механиком, даже автомастерскую уже присмотрел. А потом знакомые, которые уже работали во вневедомственной охране, позвали: приходи к нам!

Тришин и пошел. Отчасти из любопытства, отчасти по практическим соображениям — сотрудники вневедомственной охраны тогда зарабатывали вполне неплохо. А работа совершенно неожиданно понравилась.

— У нас был очень хороший коллектив,— вспоминает Фёдор.— И меня как-то сразу приняли — не было никакого пренебрежительного отношения ветеранов к новичку. Наоборот, все старались что-то подсказать, ободрить, помочь.

Тогда, как утверждает Фёдор Тришин, работа не была какой-то уж очень опасной. Случалось, конечно, всякое — на тех же задержаниях,— но точно без «боевиков».

— Знаете, что интересно,— замечает он.— Часто можно услышать, что милицию тогда не любили и боялись, но я по собственному опыту заметил: в те годы обычные люди доверяли сотрудникам правоохранительных органов намного больше. Сейчас не так: мы нередко сталкиваемся с тем, что человек приходит за помощью уже настроенный негативно.

Фёдор думает, что в сложившемся положении дел отчасти виноват вездесущий интернет. В сети полно историй о том, как сотрудники полиции не успели, проигнорировали, прогнали… Объективно оценить эти рассказы пытаются не все.

— Поймите, все в системе работают не так, как хотят, а так, как положено по закону,— видно, что тема эта для Фёдора Тришина «больная».— Я не спорю, бывают в самом деле недопустимые случаи. Но по большей части любой мой коллега начинает действовать, опираясь на факты. Вот человек приходит и говорит: «Меня избили» — и считает, что на этом его участие заканчивается. Но ведь мало даже оставить заявление, нужно взять направление в медицинское учреждение, которое непременно предоставит сотрудник полиции, и поехать на осмотр. Без медицинского освидетельствования дело возбудить невозможно.

Фёдор говорит, что людям неплохо бы помнить: сотрудники МВД всегда на стороне потерпевших. Но они ведь не волшебники: взмахнул рукой — и все злодеи попадали. И не просто так появилась устойчивая формулировка «сотрудничество с правоохранительными органами»: на безопасность и восстановление справедливости нужно работать обеим сторонам. Иногда, несмотря на солидный стаж работы, откровенно негативное отношение к органам правопорядка серьезно задевает: всё равно же, если вдруг случится беда, первым делом обращаются в дежурную часть.

Кому поют песни

Во вневедомственной охране Фёдор Тришин прослужил 12 лет, а потом поступило предложение перейти на работу в дежурную часть.

— Я согласился сразу. Дежурная часть была — да и остается до сих пор — достаточно ответственным и престижным местом работы,— говорит он.— Начинал помощником дежурного, потом — дежурный, теперь вот — сам начальник. Работы много — не заскучаешь.

В смену, которая длится сутки, работают два оперативных дежурных. На стенах — мониторы, на которые выведены камеры системы «Безопасный город», на столе — телефоны, ручки и увесистые журналы. Все сообщения, которые сотрудники заносят в электронную базу, сначала обязательно нужно записать в «базу» бумажную: кто позвонил, когда, что случилось, где и чем дело закончилось. Техника при всех ее несомненных плюсах может и засбоить, а информация останется.

За день сотрудник принимает порядка 500 звонков, как по известным номерам «02» или «102», так и перенаправленных с телефона Единой службы спасения — «112».

— Очень часто получается, что именно мы за всё отвечаем,— отмечает Фёдор.— Не раз бывало: звонят с сообщением о ДТП с пострадавшими. Уже на автомате спрашиваешь: «В „скорую“ позвонили?», а тебе в ответ: «Нет, а надо?» Приходится тогда всю организацию на себя брать. Выяснять, кто, куда и кому звонить должен, некогда просто — каждая минута на счету.

По мнению Тришина, одно из главных качеств хорошего оперативного дежурного — стрессоустойчивость. Ну и чувство юмора не помешает. Фёдор ведь не шутит, когда говорит, что у них спрашивают точное время. Люди звонят самые разные: нервничающие, расстроенные, паникующие. Или наоборот: поговорить «за жизнь», пожаловаться на коммунальщиков или просто… спеть.

— А чему вы так удивляетесь? — улыбается он.— Действительно, звонят и песни поют. Правда, это чаще всего одни и те же люди, мы их всех уже поименно знаем…

В свете вышесказанного казалось логичным предположить, что в новогодние праздники телефоны в дежурной части должны дымиться — если не от жалоб, то от песен. Но нет — на самом деле это один из самых спокойных периодов.

— Ну, все празднуют, настроены благодушно,— поясняет Тришин.— Что-то серьезное редко случается — в основном мелкие драки. Человек десять обязательно позвонят с жалобами на шум и фейерверки в новогоднюю ночь — те немногие, кто предпочитает спать. Правда, несколько лет назад пришлось нелегко: одна женщина убила мужа и отправилась праздновать. А вот Деды Морозы бывают частенько.

Заметив ошарашенный взгляд, Фёдор поясняет: волшебников чаще всего подбирают на улицах уже изрядно «напоздравлявшимися», к самостоятельному передвижению неспособными, а потому и доставляют в дежурную часть.

— А куда же их еще? — пожимает плечами Тришин.— Замерзнут еще в сугробах, жалко…

Про авторитет и киновраки

— Иногда смотришь какой-нибудь детективный сериал и видишь, что сидит там дежурный — расслабленный такой, с чаем и бутербродами, а сам думаешь: «Ребята, ну кто вам там сценарии пишет?» — рассуждает Фёдор Тришин.— Ведь на самом же деле какой там бутерброд — воды попить лишний раз некогда! Да и не выдержит такой тютя нашей работы.

Начальник дежурной части УМВД России по г. Туле поясняет: мало принять звонок и передать его в нужный отдел. Дежурный координирует весь процесс: вызывает машину, направляет следственную группу, криминалистов, если нужно, кинологов и так далее. Бывает, что и сам опосредованно участвует в операции. Тришин вспоминает, как однажды принял звонок от свидетеля похищения банкомата. Сознательный гражданин не только сообщил о происходящем, но и поехал за автомобилем с преступниками. И вот Фёдор разговаривал с мужчиной, тот сообщал, по какому маршруту идет движение, а другой дежурный направлял и ориентировал оперативников. Преступников тогда задержали…

Служба в дежурной части большого города практически всегда — постоянное напряжение. Хотя, как сам он мог убедиться, многое зависит от региона. Например, во время недавней командировки в Чеченскую Республику Фёдор заметил, что работы у местных сотрудников правоохранительных органов заметно меньше.

— Думаю, это с их укладом жизни связано в первую очередь,— говорит он.— Там все друг друга знают и если не родня, то друзья или друзья друзей. В полицию идут только в том случае, если случилось что-то действительно серьезное, а какие-то мелкие конфликты разрешают между собой. Похоже обстоит дело и, например, в Дагестане.

Историй — забавных, печальных или просто любопытных — за годы работы у Фёдора накопилось немало, и с высоты накопленного опыта он непреклонно заявляет: никто не может прийти работать в дежурную часть, что называется, с улицы.

— У нас почти всё завязано на скорости реакции,— объясняет Фёдор Тришин.— Представьте: пришел человек, ничего не знает, какова структура и как она работает, не понимает. А тут случается что-то действительно серьезное и тебе буквально за секунды необходимо всех обзвонить, транспорт предоставить, да еще и оформить всё как полагается. Здесь без опыта работы не обойтись. В дежурную часть ребята приходят уже понимая, что из себя представляет правоохранительная система. Надо еще и момент авторитета учитывать. Это психология отчасти: много ли внимания обратит опытный следователь на требования зеленого новичка поспешить? Другое дело, когда все понимают: человек уже работал «в поле» и знает, что и зачем требует.

Впрочем, стаж работы в органах внутренних дел не избавляет тех, кто переходит в дежурную часть, от периода стажировки. Человеку дается время обвыкнуться, уяснить нюансы нового вида деятельности, принять взвешенное решение — оставаться или нет. Хотя пока еще никто не уходил.

— Благодарят ли нас? — переспрашивает Фёдор Тришин.— Бывает, но мы ведь не за спасибо работаем. Все сами выбрали такую профессию — трудную, конечно, но интересную. Знаете, с годами учишься кайф ловить от того, что ты всё время чем-то занят, постоянно находишься в режиме многозадачности. В дежурной части ты постоянно сталкиваешься и с трагедиями, и с комичными какими-то ситуациями, и с историями со счастливым концом. Всё время что-то происходит, и ты — в центре событий. Для меня это и есть жизнь.