Понедельник 29 ноября
Связаться с редакцией

106 лет со дня рождения создателя тульских «Градов» Владимира Рогожина исполнилось 22 ноября

Назад

22 ноября 2021 16:07

 0
Общество

Автор: Наталья ЗЕЛИНЬСКА

Фото: пресс-службы АО «НПО «СПЛАВ» им. А. Н. Ганичева»

Сейчас мы говорим о том, что Владимир Николаевич Рогожин, будучи директором сначала НИИ-147, а потом и НПО «Сплав» (в настоящее время АО «Научно-производственное объединение «СПЛАВ» им. А. Н. Ганичева», входит в контур управления холдинга «Технодинамика» Госкорпорации «Ростех»), вместе с главным конструктором А.Н. Ганичевым стоял у истоков создания целой отрасли промышленности по производству реактивных систем залпового огня (РСЗО). И это правда. Но за этой правдой — большая и сложная жизнь, великий труд, потрясающая верность своему делу и... риск.

Когда всё начиналось...

Когда на конкурс на проектирование РСЗО, по сути, нового вида вооружений, объявленный Госкомитетом по оборонной технике, вышли «гильзовики» из тульского НИИ-147, в успех никто не верил — где ракеты, а где гильзы? Да и знают ли туляки вообще, что это такое — ракеты?

И в этих словах тоже была доля истины. Туляки про ракеты не знали, но очень хотели знать. Потому что отлично понимали, что традиционная стволовая артиллерия вскоре перестанет быть богом войны и вообще утратит актуальность, а стало быть, они останутся без работы. Без работы, которой отданы годы и нервы.

Когда «Град», «Град-1», «Прима», «Ураган», «Смерч», «Дамба», «Дождь», «Огонь», «Удав» и снаряды к ним были уже реальностью, Владимир Николаевич Рогожин признавал, что их техническая и теоретическая готовность к этой огромной работе была даже не на нуле, а много ниже. И это в какой-то степени уберегло их от следования по традиционному пути, который почти наверняка оказался бы гораздо более длинным.

По итогам конкурса разработка систем залпового огня была начата в НИИ-147 (ныне АО «НПО „Сплав“ им. А. Н. Ганичева») по приказу ГКОТ от 24 февраля 1959 года. Первая победа объяснялась просто: туляки предложили более простую и в то же время наименее затратную модель. Но это было только начало, специалистам предприятия предстояло освоить основы ракетостроения, причем начиная чуть ли не с азов. Они справились.

В самое горячее время В. Н. Рогожин был главным технологом НИИ-147. А это означало практически крест на всём, кроме работы. Проект, даже тщательно выверенный и высчитанный, — это просто груда бумаги. Предстояло претворить его в жизнь.

— Был август, мы жили на даче под Тулой, — вспоминает сын В.Н. Рогожина Александр Владимирович. — Приехал отец и сказал, что у него командировка. Что вернется, наверное, к началу сентября — к школе то есть. И отбыл. Не вернулся ни к 1 сентября, ни к 1 октября, ни к 1 ноября... А уехал-то в рубашке с коротким рукавом. Раз в десять дней исхитрялся до нас дозваниваться. И всё. Когда вернулся, мы его не узнали — кирзовые сапоги, ватные штаны, гимнастёрка и телогрейка. Ну что ему там нашли, в то и оделся...

Это только один эпизод, а сколько их было — не счесть! Работа требовала не только самоотверженности, но и глубоких знаний всех производственных процессов, в том числе и у смежников.

Уже много позже люди, работавшие с Рогожиным, поражались его глубокому пониманию всего, что делалось буквально на каждом рабочем месте любого задействованного в процессе производства.

Военная закалка

Он родился в ноябре 1915 года в семье служащих. Благополучно окончил школу-девятилетку и поступил в механический институт. Это было не просто — по правилам того времени 16-летний отрок должен был сначала получить трудовые навыки, поработать, к примеру, на заводе. Но благодаря связям отца он всё же стал студентом, а в 21 год — дипломированным специалистом. Сказать, что таких в те года не хватало, значит не сказать ничего. Они были просто на вес золота. Так Рогожин попал на завод «Новая Тула», который позже стал Тульским комбайновым.

С началом Великой Отечественной войны завод эвакуировали в Новосибирск, где перед специалистами стояла задача — развернуть с нуля производство гильз. Благодаря внедрению сокращенного технологического цикла полномасштабное производство запустили в кратчайшие сроки, с заметным наращиванием объёмов и без потери качества. За участие в этой работе Рогожин был награжден орденом Красной звезды.

Примерно в середине войны ему удалось вернуться в Тулу, где специалисты также были востребованы. Владимир Николаевич продолжил работу на своем заводе и уже к окончанию войны стал начальником цеха. Но наиболее полно его талант инженера, технолога и организатора производства раскрылся уже в 1946-м, когда Рогожин перешел в НИИ-147, который обеспечивал Советскую армию артиллерийскими гильзами.

В интервью «Молодому коммунару» в 1995 году Владимир Николаевич вспоминал: «Перед нами поставили задачу усовершенствовать гильзовое производство и заменить латунные гильзы на стальные. Вот этот комплекс вопросов и решал «СПЛАВ». Нам удалось изобрести не только стальные, но и пластмассовые гильзы».

За эту работу в 1951 году начальник бюро Рогожин в составе группы специалистов НИИ-147 был удостоен Сталинской премии.

Масштабы и нюансы

Сороковые-пятидесятые годы обоснованно считались суровым временем в истории страны. В оборонной отрасли оно было не просто суровым — жестоким. За малейший промах можно было потерять работу, положить партбилет, лишиться свободы, а то и жизни. Награды, регалии и прошлые заслуги здесь в расчёт не очень принимались. Важно было, чего ты стоишь здесь и сейчас. В шестидесятые оттепель была везде, но не в оборонке. Здесь по-прежнему всё было строго. Тем более если речь шла о работе над новым видом вооружений.

Будучи главным технологом, потом главным инженером и, наконец, с 1963 года директором НИИ-147, Рогожин всегда начинал день с обхода производства. Это обязательно. Это, как утверждает Рогожин-младший, позволяло ему постоянно держать в голове всё — «и масштабы, и нюансы».

Для организации серийного выпуска изделия это — очень важное качество, потому что процесс сложный, порой даже запутанный и крайне нервный. Во время еженедельных совещаний в министерстве споры были обычной практикой.

— Отец рассказывал, как однажды вечером позвонил ему министр, — вспоминает Александр Владимирович. — Спросил о трудностях. Ну Владимир Николаевич ему всё и разложил по полочкам: на каком этапе чего не хватает, где смежники схалтурили, где реальные проблемы. Министр был впечатлен глубиной анализа...

— Даже уже будучи директором, Рогожин старался лично вникать во все сферы деятельности предприятия, — вспоминает ветеран «СПЛАВА» Владимир Александрович ГАРАНИН. — Конечно, как настоящего руководителя и инженера его особо интересовали новые разработки не только в технологии, но и во всем другом. Совещания он проводил коротко, немногословно, без криков и угроз. Владимир Николаевич вел себя скорее как наставник, правда, наставник требовательный. Причем в большинстве вопросов проявлял высокую компетентность, как будто он только что к ним подготовился.

Эту черту характера Рогожина отмечают все, кому посчастливилось работать с Владимиром Николаевичем. А близко знавшие его люди до сих пор поражаются, как при такой чудовищной нагрузке Рогожин через всю жизнь пронес любовь к чтению и к природе. Может быть, такие увлечения, как охота, рыбалка, отдых за городом с семьей и друзьями, и были той отдушиной, которая давала ему силы на протяжении всего жизненного пути.

От Даманского до Пальмиры

рогожин-град-1.jpg

В 1963 году РСЗО «Град» был принят на вооружение Советской армией. Понятно, авторитет «СПЛАВА» и лично Рогожина заметно повысился. В 1976 году Владимиру Николаевичу было присвоено звание «Герой социалистического труда» с вручением золотой медали «Серп и молот» и ордена Ленина. А работа меж тем продолжалась.

Впервые возможности «Градов» были продемонстрированы в боевых условиях в конце шестидесятых — во время китайско-советского конфликта. Именно «Град» стал базой для целого ряда других отечественных систем калибра 122 мм.

На смену «Граду» в 1975 году пришел «Ураган», прошедший боевое крещение в Афганистане, а последним испытанием для него стала миссия по освобождению Пальмиры в Сирии. А в 1987 году с конвейера сошел первый «Смерч», который, как и его предшественники, до сих пор неизменно служит не только армии России, но и вооруженным силам ряда других стран.

Сегодня на вооружении Российской армии стоят самые модернизированные версии РСЗО — «Торнадо-Г» и «Торнадо-С».

Эти успехи во многом обеспечил творческий союз Рогожин — Ганичев.

— Ганичев и Рогожин — это был отличный тандем конструктора и технолога. Поэтому-то и были созданы такие отличные системы, — вспоминает ветеран «СПЛАВА» Рудольф Кобылин. — Почему «Град» был так популярен во всем мире? Его неуправляемые реактивные снаряды были недороги и настолько технически грамотно сделаны, что могли попадать в одну точку. РСЗО «Град» был принят на вооружение в армиях десятков стран.

— Рогожин стоял у истоков создания целой отрасли промышленности по производству реактивных систем залпового огня. Под его руководством было построено три новых механических завода, модернизировано пять предприятий, включая два механосборочных завода. За эту работу он удостоен звания Героя Социалистического Труда, — рассказал в интервью ТАСС генеральный директор НПО «СПЛАВ» Александр Смирнов.

лого.png



Комментарии

Рейтинг:

Наши партнеры
Реклама

Нажимая на кнопку "Отправить", вы даете согласие на обработку персональных данных