Четверг 02 декабря
Связаться с редакцией

Фронт и тыл тульского оружейного

Назад

23 октября 2021 12:11

 0

Автор: Елена КОЛОБАЕВА

Фото: архив

За окном поезда наползали ранние октябрьские сумерки. Состав понемногу набирал ход после очередной долгой остановки. Директор Тульского оружейного завода Алексей Томилин задумчиво смотрел на облетающую последнюю листву, машинально потирая костяшки пальцев. На последней станции он получил приказ из Москвы: до конца месяца нужно дать фронту три тысячи винтовок. В родных цехах дело нетрудное, но что их ждёт в Оренбуржье?..

В дверь купе осторожно постучали.

– Алексей Алексеевич, самовар согрелся, хотите чаю?

Из-за приоткрытой двери послышались голоса, донесся детский плач. Получив приказ об эвакуации завода, оружейники снялись с места целыми семьями. Покидая Тулу, многие не скрывали слёз – вернутся ли? И каким найдут свой город по возвращении?..

Люди были измотаны работой почти без отдыха, тяжелой погрузкой. Но об усталости теперь никто не думал. Только бы не разбомбили в пути составы с оборудованием, только бы цеха на новом месте были в порядке. Враг уже у стен Тулы! Их оружие сейчас необходимо как никогда...

Будем ковать оружие

1941-й начинался для Тульского оружейного завода успешно. Перевыполнив план первого квартала, предприятие получило от наркомата переходящее Красное знамя и премию. Царившие в среде рабочих, инженеров, служащих подъем и воодушевление разом оборвала грозная весть: война.

Конец июня. Асфальт заводской площади разогрет солнцем, но тысячи людей стоят плечом к плечу, не обращая внимания на зной. Тревога словно повисла в воздухе, но ни паники, ни рассеянности не видно. Лица серьезны, сосредоточенны. Здесь и там тихие разговоры:

– Что же Сергей?

– Добровольцем пошёл... Как отец. Мать плакала, бронь же, он ни в какую. А младший теперь у нас. Пацан еще, но упрямый, как брат, быстро учится...

На митинге оружейники принимают резолюцию: «Каждый из нас будет требовать от себя и от других соблюдения строгой дисциплины, организованности, самоотверженности. Поднимем бдительность, удесятерим свою энергию, будем без устали ковать оружие для Красной Армии».

Враг наступает. На страницах газеты «Молодой коммунар» опубликован приказ начальника управления НКВД СССР по Тульской области: «В связи с угрозой воздушного нападения с 22 июня 1941 г. область находится на угрожаемом положении».

Завод в первые же дни войны перешел на круглосуточный режим работы. Были проведены все мобилизационные мероприятия, отменены отпуска, усилен режим. Сотрудники занялись маскировкой зданий и сооружений предприятия, чтобы вражеская авиация не смогла наносить точные бомбоудары. ТОЗ увеличил объемы выпуска продукции в несколько раз буквально за считаный месяц и постоянно наращивал. Достаточно сказать, что в июле 1941-го было отгружено 88 тысяч самозарядных винтовок и 7 тысяч снайперских «мосинок». А уже в августе – более ста тысяч.

Немногие сохранившиеся тульские газеты той поры красноречиво свидетельствуют об обстановке в городе. «Молодой коммунар» сообщает, что на улицах запрещены любые звуковые сигналы, кроме оповещений: «Граждане, воздушная тревога» и «Угроза воздушного нападения миновала. Отбой». Тульские заводы оперативно налаживают выпуск вспомогательной продукции – например, светильников для маскировочного освещения. Из коротких репортажей понятно – рабочих рук не хватает. Девушки, даже девочки встают к станкам и дают по 120–200% плана, обслуживая по два-три фрезерных станка. Средства, заработанные в выходные дни и вырученные за собранный металлолом, заводчане-комсомольцы вносят в фонд обороны страны...

Бросок на Урал

Работая по полторы-две смены у станков, оружейники одновременно готовились встать на защиту родного города. Ещё в июне на территории Тульской области началось формирование истребительных батальонов. Был создан батальон и на ТОЗе, в его состав вошли наиболее подготовленные в военном отношении сотрудники, они были задействованы для прикрытия железной дороги, охраны государственного имущества.

А с 4 июля объявили о создании народных ополчений. Оружейники – стар и млад – вступали в ряды ополченцев.

«Мне 63 года, но я наравне со всеми встану на защиту Родины. Прошу зачислить меня в отряд народного ополчения», – написал в заявлении кадровый рабочий Соколов.

В недолгие свободные часы они занимались строевой подготовкой, обучались владению оружием, готовясь дать отпор врагу. Фронт приближался к Туле, а значит, и к столице...

Руководство страны принимает решение о начале уникальной военной операции, какой ещё не знала история: важнейшие производства необходимо эвакуировать в глубокий тыл, чтобы сохранить промышленность. ТОЗ получил приказ о начале эвакуации 7 октября.

Демонтаж оборудования – а вес некоторых станков достигал пятнадцати тонн, погрузка заводского имущества и отправка эшелонов шли круглосуточно.

Между кремлевской стеной и цехами старейшего оборонного предприятия страны сегодня гудит нарядная набережная. Но до недавнего времени эта площадка принадлежала оружейному заводу и именно здесь, по воспоминаниям заводских ветеранов, формировали эшелоны с оборудованием и людьми перед отправкой на Урал, в город Медногорск.

По временной железнодорожной однопутной ветке подгоняли платформы и крытые вагоны, так называемые пульманы, для заводчан и их семей. Нары в три ряда, печки-буржуйки, немудреный скарб – взять с собой можно было лишь самое необходимое...

От стен кремля начался долгий кружной путь – прямая дорога через Москву была заказана, враг стоял на подступах к столице. 12 октября в опасную дорогу отправился первый эшелон, в самом конце октября – последний со штабом завода, уже под бомбёжкой: начиналась битва за Тулу.

– Я помню, когда во время бомбёжки поезд резко тормозил, люди падали с верхних полок. Слышал, как упал самовар, – рассказывал Владимир Куликов. Ему было три года, когда он с матерью и сестрой сел в вагон, чтобы покинуть родной город.

Дорога была затяжной, трудной. На запад шли поезда с солдатами и вооружением, их пропускали в первую очередь. На восток тянулись составы с ранеными. Эвакуационные эшелоны скапливались на разъездах, простаивали сутками.

– Мы ехали месяц, часто останавливались, – вспоминал тоже ребенком уехавший в Медногорск Владимир Чижов. – Однажды разбомбили шедший впереди эшелон. Он был полностью разрушен, жертвы большие. И все наши мужчины помогали расчищать пути. Три дня там стояли...

На передовой

К середине октября фронтовая обстановка осложнилась. Стало понятно, что над Тулой нависла непосредственная угроза нападения.

Основные силы оружейников были брошены на работы по эвакуации завода, однако люди участвовали и в строительстве оборонительных укреплений. Одновременно специальной группе было поручено заминировать производственные корпуса на случай, если враг прорвет оборону. Эти работы возглавил С.И. Левашов, саперной группой командовал П.П. Барсуков. Этим молодым ещё людям было поручено уничтожить завод, столетиями создаваемый предками, принесший Туле славу оружейной столицы... Наверняка с их плеч свалился огромный камень, когда приказ был отменен.

В дни обороны Тулы многие оставшиеся в городе оружейники находились на передовой – в составе Тульского рабочего полка, в рядах партизанских отрядов.

Когда в опустевших цехах станкостроительного завода в осажденном и простреливаемом городе наладили производство 82-мм миномётов и орудие за номером один передали бойцам, его принял расчет, полностью состоящий из добровольцев оружейного завода: командир – нормировщик Д. Орлов, вторые номера – рабочие А. Грызлов и Е. Никерин, третий номер – старший мастер И. Покровский.

Защитники Тулы отбивали ожесточенные атаки немецких войск одну за другой. Техника и оружие выходили из строя. Кадровые оружейники ТОЗа, собрав оставшиеся в цехах станки и инструмент, оборудовали ремонтную мастерскую. В ноябре-декабре они сумели отремонтировать и собрать 645 винтовок Мосина, 145 самозарядных винтовок Токарева (СВТ-40), 67 револьверов и 106 пистолетов, 21 ручной пулемёт. А кроме того, вернули к жизни около 60 автомобилей, столь необходимых для организации обороны.

У подножья Медных гор

На маленький разъезд Медный первый эшелон из Тулы прибыл 6 ноября 1941 года.

По довоенным планам под Медногорском должны были построить брикетную фабрику медно-серного завода. В распоряжение оружейников передали недостроенный корпус и фундаменты шести зданий – 35 тысяч квадратных метров с подведенными коммуникациями.

Для быстрого разворачивания производства не было готово, по сути, ничего. Требовалось одновременно заниматься строительством, разгрузкой и наладкой прибывающего оборудования, начинать выпуск оружия и как-то обустроить быт на новом месте для семей. В оренбургских степях уже лег снег и ударили морозы...

Туляков размещали в наскоро возведенных, насквозь промерзающих бараках, подселяли к жителям близлежащих поселков Блява, Ракитянка, Рысаево, Никитино, в райцентре Кувандыке и в Медногорске.

– Поселили нас 36 семей в двухэтажный барак, – вспоминал Владимир Чижов. – Комнату выделили большую, но стёкол в окнах нет, двери нет, печи тоже нет, а зима страшенная... Мы с сестрой Томкой щепок настругаем, подожжём и греемся... Потом отец окна забил фанерой, достал буржуйку...

Иное жильё находились далеко, за несколько километров от производства. Поэтому многие заводчане уходили на работу на несколько дней. Ночевали в неотапливаемых цехах, забываясь коротким тревожным сном.

Семь тысяч единиц привезенного из Тулы оборудования в отсутствие механизмов и транспорта разгружали вручную. Многотонные станки передвигали на железных листах с помощью деревянных накатов.

На некоторых производственных участках ещё не было кровли, но уже ставили и подключали к электропитанию станки. Руки примерзали к металлу – на улице температура опускалась ниже сорока градусов, в помещениях было ненамного теплее. Чтобы спастись от страшного холода, придумали загнать в цех два паровоза – пар немного отогревал.

Руководство предприятия сталкивалось с новыми трудностями буквально на каждом шагу. У людей практически не было теплой одежды и обуви – пришлось срочно организовать мастерскую для пошива ватной одежды и брезентовых сапог на деревянной подошве. Стройка затягивалась из-за перебоев с поставками кислорода из Орска – решили соорудить и свой кислородный завод...

Буквально вопреки обстоятельствам, нечеловеческими усилиями к концу 1941 года была в основном создана технологическая цепочка. Ясным декабрьским днём старый кадровый рабочий И. В. Сазонов запустил первый токарный станок и оружейники начали сборку винтовок СВТ-40.

Выпуск необходимых фронту «светок», как прозвали винтовки бойцы, требовалось в сжатые сроки довести до 50 тысяч в месяц. Прибывших из Тулы оружейников было недостаточно для обеспечения таких объемов производства. Поэтому в Оренбургской области объявили мобилизацию на «трудовой фронт». Только в 1942 году на завод приняли более шести тысяч человек. Вскоре численность работников возросла до двенадцати тысяч, и к концу года были задействованы почти все производственные цеха.

Зимой 1942-го правительство поставило перед заводчанами новую задачу: максимально быстро и не снижая темпов выпуска винтовок освоить производство 20-миллиметровых авиационных пушек ШВАК.

Мощными пушками конструкции Шпитального и Владимирова в период войны были вооружены не только штурмовики и истребители, но и легкие танки. Под новое производство немедленно началось строительство трех корпусов. Несмотря на сложные условия, оружейники начали серьезно заниматься механизацией производства – разработали пневматические подъемники, сконструировали и изготовили межкорпусной транспортер. Объединение всех интеллектуальных и рабочих ресурсов сыграло свою роль – задание было выполнено.

За годы войны медногорский завод выпустил более 600 тысяч винтовок и почти 17 тысяч авиационных пушек.

Но туляки создали на Урале не только новое производство, ещё одну промышленную базу страны.

Они занимались обустройством жизни на территориях, куда их забросила судьба. Взяли на обслуживание совхоз, занимались строительством жилья, столовых, бань, организовали школу рабочей молодежи.

Весна 1942 года выдалась особенно трудной и голодной. Заводская молодежь поехала по окрестным деревням и поселкам – общалась с колхозниками, просила помочь с посевным картофелем. Осенью удалось собрать хороший урожай – его отдали в детские сады Медногорска...

Возвращение к жизни

Оружейный завод фактически не прекращал работу в Туле, несмотря на эвакуацию основных мощностей. После разгрома немецких войск под Москвой было принято решение о восстановлении производств, прежде всего оборонных.

Укрепить станочный парк ТОЗа в первые военные зиму и весну помогли другие предприятия. Был острый дефицит не только оборудования, но и сырья, и специалистов.

Оружейникам приходилось работать сутки напролет, проявлять изрядную смекалку, чтобы восстановить плановое производство. И тем не менее, уже в феврале 1942 года ТОЗ изготовил 1080 винтовок, в марте – умножил выпуск более чем вдвое, а в апреле произвел свыше пяти тысяч стволов.

В годы войны в цехах трудилось много молодежи. Юноши и девушки 15–17 лет обучались новым специальностям, становились многостаночниками, выполняли двойные и тройные нормы – будто вовсе не ведали усталости. Коллективу приходилось решать и сложнейшие задачи, как в 1942-м, когда тулякам было поручено восстановить довоенное производство револьвера системы Нагана – без технической документации, оснастки и инструмента. И справились, не могли не справиться! Здесь, в заводских цехах, это был их фронт и их победа – неоценимый вклад в общую Победу нашего народа.

Комментарии

Рейтинг:

Наши партнеры
Реклама

Нажимая на кнопку "Отправить", вы даете согласие на обработку персональных данных