Порядок навести — не рубашку сменить

Министр здравоохранения Тульской области Андрей Третьяков встретился с руководителями и журналистами тульских СМИ и изложил свою версию происходящего сегодня в подведомственной сфере.

По мнению первого лица губернского здравоохранения, основных бед у тульской медицины было три: очереди, качество, сельское здравоохранение (точнее, его практическое отсутствие).

Про очереди и не только

Их Андрей Александрович «распугал» быстро. Если к моменту его вступления в должность электронная система информации, связывающая практически все ЛПУ во всех муниципалитетах области, использовалась только на 6–7%, то сейчас она задействована в процессе исцеления страждущих уже на все 80%. И это, безусловно, хорошо.

Единственный минус электронной системы — с ней не поговорить глаза в глаза. И уж конечно, не разжалобить. Поэтому если вам понадобилось, например, к отоларингологу, то не исключено, что к своему участковому терапевту вы сможете по электронной записи попасть аж через неделю. А без терапевта, извините, никак. Хотите — к хирургу, хотите — к гинекологу, а вот к лору не выйдет. Неделя с больным ушком — это круто. Понятно, что отоларингологов не хватает. Как и многих других узких специалистов. Причем без учета факторов сезонности: зимой долгое ожидание приема стимулирует общий рост заболеваемости, летом — отпуска докторов…

Нехватка специалистов часто делает их звездами, даже вне зависимости от действительной квалификации. И звезды у нас — на разрыв. Кстати, министр эту особенность уловил. И быстро понял, почему доктора в поликлиниках так держатся за живую очередь. Оказывается, быстро ликвидировав «хвост» у дверей, некоторые доктора чувствуют за собой моральное право быстренько мчаться на вторую, а то и на пятую работу, неважно — в государственную ли, в частную ли клинику. Поэтому министерство пошло на самые непопулярные меры: от установки жестких графиков приема для врачей до почти принудительной полной отработки всех занятых и оплачиваемых ставок.

Андрей Третьяков признаёт, что мера эта любви и уважения подчиненных чиновникам от медицины не принесет, однако она способна существенно облегчить участь пациентов. Здесь с министром не поспоришь. Хотя и опасения есть: а ну как врачи разбегутся, не выдержав наведения порядка по-министерски…

А кадры кто?

— В 2018 году в тульское здравоохранение пришли 400 врачей,— подчеркнул министр. И добавил, что речь не о внутренних перемещениях из одной больницы в другую, а о принципиально новом кадровом пополнении. Цифра, характеризующая отток специалистов из государственных больниц области в частную медицину, в другие регионы, а то и просто на пенсию, в разговоре не прозвучала, но почему-то думается, что она не так уж и мала. Тем более, что глава ведомства подтвердил: дефицит сохраняется.

И всё же 400 «боевых единиц» — это неплохой показатель. Конечно, периода, условно называемого «забудьте, чему вас учили в вузе», новичкам не избежать. Андрей Третьяков неохотно, но признался, что претензии к качеству подготовки специалистов, например в Мединституте ТулГУ, у него есть. Но он не смотрит на проблему пессимистично. Во-первых, система подготовки врачей непрерывно совершенствуется. А во-вторых, каким бы ни был вуз, подготовивший специалиста, настоящую квалификацию обеспечит только практический опыт, который, как известно, не заменишь ничем.

Другое дело, что свежеподготовленные кадры, в том числе и обученные за бюджетный счет, несмотря на беспрецедентные меры господдержки, не рвутся, например, в сельскую медицину. Стартовое пособие — миллион рублей. Но оно — единовременное. А в городе, учитывая обилие частных клиник, можно и подработать, причем возможность эта — постоянная.

Клиники с репутацией стараются переманивать высококвалифицированных врачей. Но таковых на всех не хватит, а спрос велик. Недавно только что открытая клиника рекламировала себя так: «У нас работают лучшие специалисты детской областной клинической больницы!» Значит ли это, что в саму больницу уже можно и не обращаться?

Министр здравоохранения Тульской области с такой постановкой вопроса категорически не согласен. Более того, он уверен, что в самое ближайшее время врачи устремятся в обратном направлении — из коммерческой медицины в государственную. Причем устремятся именно из-за зарплаты — настолько она в госсекторе подросла. Правда, сами врачи этого упорно замечать не хотят, пожаловался глава минздрава. И даже губернатору озвучивают цифры, чуть ли не вдвое меньшие, чем значатся у них же в платежных ведомостях…

Впрочем, обвинять докторов в корыстолюбии мешает еще один фактор. Сельская медицина бедна не столько на деньги, сколько на обширную и разнообразную практику. И если в городской больнице количество сложных случаев позволяет получить нужный по объему и содержанию опыт, то в глубинке такое вряд ли произойдет.

Прямо министр, конечно, об этом не сказал и вряд ли скажет, но центростремительные тенденции в здравоохранении существуют. И от этого никуда не деться. Если в некоем райцентре принимают одни роды в три дня, то там вряд ли уместно говорить об опытных специалистах по родовспоможению в местной больнице. А это значит, что соответствующее отделение если не обречено, то работать будет только с легкими случаями…

Онкоориентированность

В онкологии легких случаев, как известно, не бывает. Особенно в Тульской области, где уровень смертности от соответствующих заболеваний остается пугающе высоким. Губернатор, как подчеркнул министр, поставил задачу: негативную тенденцию преодолеть.

Увы, у нас чаще всего онкозаболевания выявляются только тогда, когда пациент отчетливо чувствует недомогание, то есть с появлением болей. Но на этой стадии бороться с болезнью чаще всего бывает уже поздно, утверждает Андрей Третьяков. Он считает, что решающими тут должны стать три фактора: онконастороженность, побуждающая человека к регулярным обследованиям, а также активная и ранняя выявляемость. То есть, если больной обращается к доктору по какому-нибудь рядовому поводу, доктор должен обратить внимание, как давно пациент проходил обследования. И ненавязчиво, но твердо порекомендовать ему сделать это. Вот тогда и возможна ранняя выявляемость. И конечно, эффективное лечение. Тем более, условия для этого есть. Причем на достигнутом в министерстве останавливаться не намерены.

И вот тут центростремительность медицины, по мнению, главы минздрава, будет только полезной. В области, по его словам, не было единого канцерореестра, новообразования часто оперировали обычные хирурги, оперировали, бывало, и неплохо. Но вставшего на ноги пациента они отпускали на все четыре стороны. А для эффективного лечения часто нужны бывают и лучевая, и химиотерапия.

Для прекращения такой практики, заверил министр, в области будут созданы пять онкоцентров с дневными стационарами в перспективе и с возможностями пройти полный курс лечения. Они откроются при обычных больницах, но весь штат онкоцентров подчинят главному внештатному областному специалисту-онкологу. И ответственность тоже вся будет на нем.

Сейчас закупается оборудование, будущие центры реконструируются. Так, в Новомосковске строится каньон для установки линейного ускорителя для лучевой терапии. Новый ускоритель в областной онкодиспансер планируется купить уже в первом квартале, при этом старый тоже не перестанет работать.

Вообще, ориентируясь на количество и объем финансовых вливаний в эту отрасль медицины, Андрей Третьяков назвал 2019-й годом онкологии в Тульской области. Ну, лишь бы помогло.

И еще об одном министр здравоохранения предупредил честно и откровенно: позитивные изменения в руководимой им сфере будут. Только навести порядок здесь не так просто, как поменять несвежую рубашку на новую.