Как генерал из Тульской губернии смог разозлить Наполеона

Дмитрий Сергеевич Дохтуров (1759–1816) — генерал от инфантерии, герой Отечественной войны 1812 года — остался в истории не только как талантливый военачальник, но и как храбрый и благородный человек.

Золотая шпага «За храбрость»

Сын мелкопоместных дворян Тульской губернии, он четырежды был ранен, но при этом всегда оставался на поле боя. О храбрости генерала Дохтурова ходили легенды, его любили офицеры и солдаты...

Дохтуров — необычная фамилия, ее происхождение объясняется тем, что основатель этого древнего рода занимался врачеванием еще при дворе Ивана Грозного. Тем не менее Дохтуровы стали династией военных, а не медиков: отец Дмитрия, так же как и дед, служил в лейб-гвардии Преображенского полка и мечтал о том, что сын продолжит семейную традицию. Военную карьеру для Дмитрия планировала и его мать — дочь лейтенанта флота.

Мальчика в 1771 году записали в Пажеский корпус, где он и получил образование. До этого занимался с учителями дома и, как пишут его биографы, «тяготел к иностранным языкам»: в 11-летнем возрасте свободно говорил на французском и немецком и успешно осваивал итальянский.

После окончания Пажеского корпуса в 1781 году Дохтуров был направлен в лейб-гвардию Семёновского полка, а в 1788 году стал капитаном лейб-гвардии Преображенского полка, как его отец и дедушка.

Боевой путь для будущего генерала начался с русско-шведской войны — и сражения на острове Куцаль-Мулин. Здесь он получил и свое первое ранение: пуля попала в плечо. Уже через три дня Дохтуров вновь участвует в сражении, а через неделю — в высадке десанта на остров Герланд. Стойкость молодого офицера произвела впечатление не только на его сослуживцев, но и на саму Екатерину II — она лично вручила ему золотую шпагу с выгравированной надписью «За храбрость».

Дохтуров не расстается с ценным подарком императрицы, и во время одного из сражений — взятия острова Каргесир — пролетающее ядро выбивает из его руки и деформирует золотую шпагу. Екатерина узнаёт о том, что произошло, и заменяет ее другой, новой...

Шеф мушкетёрского полка

В январе 1795 года екатерининским указом 34-летний Дохтуров получает звание полковника и назначается командиром Елецкого пехотного полка, а через два года удостаивается чина генерал-майора и становится шефом Софийского мушкетерского полка. В ту эпоху шеф должен был не только командовать своей частью, но и лично отвечать за ее подготовку и обеспечение всем необходимым перед государем.

Военная карьера Дохтурова, так удачно складывавшаяся при Екатерине, в первые годы правления Павла I продолжала развиваться так же благополучно, однако в 1800 году всё изменилось. Дмитрий Сергеевич, как и многие другие военные, попал в опалу: император отправил его в отставку и отдал под суд. Однако суд Дохтурова оправдал, к тому же к этому времени и сам Павел понял, что переборщил, и вернул генерала на службу.

Среди дальнейших назначений Д. С. Дохтурова — шеф Олонецкого мушкетерского полка, шеф Московского мушкетерского полка, инспектор пехоты Киевской инспекции...

Во время войны третьей коалиции 1805 года, в которой наполеоновской Франции и ее союзникам противостояли Россия, Австрия, Великобритания, Швеция и Неаполитанское королевство, Московский полк вошел в состав 50-тысячной армии под управлением Кутузова. Она выступила в Австрийский поход пятью отрядами, которые возглавляли генералы Багратион, Милорадович, Дохтуров, Репнинский и Мальтиц. Дмитрий Сергеевич отличился в одном из тяжелейших сражений этой военной кампании — под Кремсом, за что получил орден Святого великомученика и победоносца Георгия III степени. Дохтуров проявил себя как блестящий стратег и в «битве трех императоров» под Аустерлицем, а в сражении при Прейсиш-Элау (война четвертой коалиции) вновь был ранен и вновь не покинул поля боя — и получил в качестве награды шпагу с бриллиантами.

В 1810 году Дохтуров был произведён в генералы от инфантерии и принял командование 6-м пехотным корпусом.

Как разозлить Наполеона

В самом начале Отечественной войны 1812 года корпус Дохтурова, находившийся в городе Лиде, оказался отрезанным от основных сил. По сути, он был обречен: Наполеон не сомневался, что уничтожить его будет легко, а русские военачальники смирились с его потерей. Дмитрию Дохтурову удалось переиграть Наполеона: он совершил неожиданный обходной марш, проведя корпус от Лиды к Свецянам, и присоединился к армии Барклая-де-Толли. Солдаты шли по 50–60 верст в день, время от времени вступая в бой с группами противника...

Эта история разозлила Наполеона — он всем объяснял, что корпус Дохтурова спасла «ужасная буря», то есть плохая погода, помешавшая французским войскам, а не остроумный маневр русского генерала... Что же касается самого Дмитрия Сергеевича, то он к Наполеону личной ненависти никогда не испытывал, да и к почестям и наградам относился спокойно. «Я, право, о сём очень мало забочусь. Теперь не до крестиков, когда Отечество в опасности».

Дмитрий Сергеевич Дохтуров участвовал в Смоленском сражении — накануне боя он заболел, но его это не остановило: «Лучше умереть на поле чести, чем на кровати»... Его стали называть «железным генералом».

В Бородинском сражении Дмитрий Сергеевич командовал центром русской армии, а когда ранили Багратиона, взял на себя командование и всем левым крылом. «Позволь мне обнять тебя, мой друг!» — сказал ему Кутузов после того, как всё закончилось...

Дмитрий Дохтуров очень переживал, когда узнал о том, что принято решение сдать Москву Наполеону. «...Я в отчаянии, что оставляют Москву! Какой ужас! Мы уже по сию сторону столицы. Я прилагаю всё старание, чтобы убедить идти врагу навстречу... Какой стыд для русских: покинуть Отчизну, без малейшего ружейного выстрела и без боя. Я взбешен, но что же делать?» — писал генерал жене.

А самым значимым в боевом пути Дохтурова стало сражение под Малоярославцем: генерал вместе с небольшим отрядом мужественно удерживал город до подхода основных сил. Наполеон вынужден был свернуть на старую Смоленскую дорогу, и это стало началом грандиозной катастрофы, постигшей французов... В эти дни Дохтуров писал супруге: «...Мы преследуем неприятеля, который бежит, как заяц... Великий Наполеон бежит так, как никто еще не бежал...»

После отступления остатков наполеоновской армии из России Дохтуров участвовал в заграничном походе, в сражениях под Дрезденом и Лейпцигом (Битва народов).

Он вышел в отставку по болезни 1 января 1816 года — мечтал наконец пожить спокойно с женой, дочерью и двумя сыновьями. Однако старые и так до конца не зажившие раны дали о себе знать: через 11 месяцев Дохтуров скончался и был похоронен в Вознесенской Давидовой пустыни. Ему было 57 лет.