Три «кита» Тульского патронного

Когда мы говорим об активном долголетии, стереотипы рисуют нам образ подтянутых стариков и старушек, увлечённых северной ходьбой или путешествиями. Но самым активным долголетием всё же отличаются люди, которые даже после достижения пенсионного возраста продолжают трудиться, потому что им без дела никак, да и дело не отпускает таких ценных и опытных специалистов ввиду отсутствия равноценной замены. Сегодня мы расскажем именно о таких.

Принципиальный

С детства он видел себя офицером, но приёмная комиссия военного училища посчитала иначе. Поэтому Сергей Владимирович Ерофеев поступил на вечернее отделение Тульского политехнического института и устроился на работу. А вскоре его призвали в армию.

– Принципиально пошёл служить, – вспоминает он. – Считаю, это долг каждого мужчины. Мама, конечно, расстроилась – я ведь хорошо учился и запросто мог перевестись на дневное. Но настоял на своём. А после увольнения в запас, когда стало ясно, что карьера военного мне не светит, восстановился в институте и пришёл устраиваться на Тульский патронный завод имени Кирова – учеником слесаря по ремонту станков с ЧПУ.

Здесь принципиальный Ерофеев прошёл почти все ступеньки, не пропустив, пожалуй, ни одной – мастер, старший мастер... Далее, как говорится, везде... Работал начальником ОТК завода. Утверждает, что институт институтом, но многому учит сам завод. До сих пор вспоминает с благодарностью начальника конструкторско-технологического отдела Н. К. Камайкина, начальника третьего цеха Ю. Я. Сухорученкова, многих других, кто помогал ему стать настоящим специалистом своего дела, в том числе и опытных мастеров из отдела технического контроля, над которыми он, молодой ещё, был поставлен начальником и которые знали о своей работе больше, чем в любом учебнике можно прочитать.

Так человек буквально прирос к предприятию. И даже в трудные девяностые не помышлял об уходе. Более того, сейчас называет то время интересным.

– Когда иссякло государственное финансирование, надо было как-то жить, – рассказывает Сергей Владимирович. – Мы решили усилить выпуск товаров народного потребления. Так я стал начальником цеха. Выпускали мы пылесосы, термосы, фотоувеличители, игрушки – военную технику в микромасштабе. Когда деньги перестали что-то значить, мотался по другим предприятиям, договаривался о бартере. Помню, как ездил, например, в подмосковный Воскресенск, машину нагрузишь, сам за рулём и вперёд – менять нашу продукцию на шампуни и моющие средства для наших работников...

На прошлых и давно прошедших трудностях человек не сосредоточивается. В принципе, ничего лёгкого, говорит, и не ожидал:

– Ведь, когда смену отработаешь, а потом трясёшься в городском транспорте через всю Тулу в институт – там занят допоздна, да ещё и по субботам. А по будням к семи – на работу. Однажды в трамвае заснул, будила вагоновожатая с милиционером... Я когда диплом получил, у меня хоть время свободное появилось. Построил дом в деревне, как дачу. А со временем и вовсе туда перебрались с женой, когда дети выросли. Очень нас этот деревенский дом выручал в трудные времена: картошка, овощи-фрукты – всё своё, не купленное...

Пришла пора – ушёл Сергей Владимирович на пенсию, но без дела не сидел: дом пригляда требовал, да ещё подрабатывал понемногу в частной фирме. Но когда завод возглавил С. А. Лукин, он позвонил Ерофееву и спросил, не надоело ли тому «дурака валять». Давай, мол, возвращайся. Он не раздумывал долго. Вернулся. Теперь возглавляет диспетчерский отдел.

И называет себя руководителем ночных сторожей. Но лукавит, ведь все диспетчеры у него в подчинении – с высшим образованием. И завод, подобно ему, знают как свои пять пальцев.

Сергей Владимирович не может – будь то дома или на работе – сидеть без дела. Считает, что время лежать на диване ещё не пришло. С дивана-то, говорит, можно и не встать. Движение, но не бессмысленное, а продуманное и целенаправленное – вот его главный принцип.

Увлечённый

Александр Юрьевич Павлов – не доктор и даже не кандидат наук, хотя материалов набрал не на одну диссертацию. О том, почему так вышло, расскажем позже...

Ещё в старших классах его очень интересовало автомобилестроение. Поэтому и специальность в Тульском политехе он выбрал соответствующую. Но уже в приёмной комиссии его распропагандировали.

– Зачем тебе первая специальность? – сказал преподаватель, – Иди на третью. У нас тоже обработка металлов, да ещё стипендия выше – везде 40 рублей, а у нас – 55.

Технологическая практика была в Ульяновске. На патронном. Там ему будет суждено впоследствии провести немало времени. Но пока была учёба. Повышенная стипендия, подработка в студенческом КБ. Не каждый молодой специалист может похвастать таким достатком. При распределении его оставили в институте. Тема, которую он выбрал, была интересной и перспективной – «Экономия материалов при изготовлении гильз из прутка». Процесс этот очень непростой, здесь требуется так называемое полугорячее выдавливание. А организация, технология и того сложнее. В общем, дело пошло. И свою первую премию им. С. И. Мосина Павлов получил именно за эту тему.

Время летело, задачи усложнялись и становились всё более интересными и значимыми. Приходилось мотаться по командировкам. Александр Юрьевич отмечает, что были годы, в течение которых он по 200 суток проводил в разъездах, тем более что коллеги совсем на заводы не рвались...

А с началом девяностых темы кафедры перестали финансировать. Пришлось переквалифицироваться просто в преподаватели. И тут он вспомнил про диссертацию. И написал. Но первый же коллега, которого он охотно подменял в командировках, ему в помощи кое-какими материалами – нет, не отказал. Просто сказал: «Помню, что ты нас годами кормил, но понимаешь, время сейчас другое – с тебя 3000 у. е. ».

Так пришлось проститься с идеей о диссертации, а потом и кафедру закрыли. Благо было куда идти. На Тульском патронном его знали и давно звали к себе. И вот час настал. Ему дали должность, название которой для самого Александра Юрьевича значило очень немного. Главное, он продолжал заниматься любимым делом. И, что самое важное, – нужным делом. Об этом свидетельствуют ещё две премии им. Мосина и множество ведомственных наград, которые он получил, уже работая на заводе.

– Здесь всё более настоящее, более честное, чем где-либо, – говорит А. Ю. Павлов. – И каждый – от директора до рабочего – твёрдо держит слово. Помню, как-то шла у нас опытная партия. Прихожу в цех, а там поломка, линия стоит и план под угрозой. Начальник цеха попросил прийти дня через три. Хорошо. Прихожу. А мне ребята с порога объявляют, что опять поломка, простой и возможный срыв плана. Но начальник цеха сказал: «Раз обещал, надо выполнять! » А ведь срыв плана – это для него серьёзный риск.

В вуз Александр Юрьевич возвращаться не планирует – какой, говорит, смысл, если кафедры нет, хотя именно Туле она была очень нужна. Зато он много работает с молодёжью. Студенты, как и во все времена, приходят разные – есть и толковые, и заинтересованные, и даже увлечённые – такие, как он сам.

Трудолюбивый

Сергей Александрович Орлов утверждает, что он ленивый. Как так – главный инженер Тульского патронного завода – и вдруг?..

– Чтобы работать как можно меньше, надо создать эффективную систему, – с улыбкой говорит он и уже серьёзно уточняет: – Правда, создавать её можно всю жизнь...

Человек знает, о чём говорит. На завод он пришёл сразу после армии. Наладчик роторных линий – работа завидная и зарплата высокая. Дефицита кадров на этом участке не было сроду. Но его ждали. А как не ждать? Здесь работали его дедушка, дядя, тётя, мама... В общем, династия. Сколько же ей лет?

– До 250 досчитал и бросил, – говорит Орлов. – Надоело.

Сразу же после армии он поступил в институт, в Тульский политехнический – на заочное отделение. И мастером стал ещё до получения диплома.

– Наладчики очень хорошо зарабатывали, – вспоминает Сергей Александрович. – А вот став мастером, я прилично потерял в зарплате. Мне говорили: зачем тебе это высшее образование – вон зарплата какая хорошая. А я как-то возьми и ответь: «А я начальником цеха буду! »

И ведь не обманул. Правда, перед этим ещё были годы – разумеется, девяностые – в бизнесе. И это тоже была серьёзная школа.

– Бизнес научил меня разбираться в людях, лучше понимать их. А ещё хорошо считать, – говорит он снова с улыбкой. Но не шутит. Потому что, вернувшись на завод, он осилил ещё одно высшее образование – экономическое. А дальше всё шло стремительно: старший мастер, начальник цеха (тут наш герой «прыгнул» через ступеньку – полагалось ещё поработать замом). Потом последовало предложение стать директором по производству. И, наконец, главным инженером.

Конечно, скоро только сказки сказываются. Многие люди приложили немало усилий и стараний, чтобы из рабочего парня сформировать грамотного и ответственного руководителя.

– Я пришёл на Тульский патронный в бригаду Вячеслава Трещёва, которая гремела на весь Союз. Ещё бы: бригадир – лауреат Ленинской премии. Надо было соответствовать. Тут мне повезло с учителями. Первым был Виктор Гришин, потом Владимир Осипов и его супруга Людмила – люди, которые всегда были рядом. Позже многому учился у начальников цехов В. М. Бударина, Ю. Я. Сухорученкова. Словом, многие и учили, и помогали, и направляли.

Особую роль в жизни С. А. Орлова, по его признанию, сыграл генеральный директор завода В. С. Токмаков. Он способствовал становлению нашего героя как специалиста и особенно как руководителя.

Завод – это особая часть жизни, считают мои собеседники. Он и есть жизнь, закрытая от посторонних глаз, технологически, быть может, и сложная, но по-человечески простая, понятная. Правильная, потому что опирается она на людей честных, трудолюбивых.

Религиозные философы далёкого прошлого утверждали: Земля стоит на трёх китах. Может быть, они не так уж ошибались, если имели в виду силу, основательность и мощь морских великанов.