Тайна сокровищ лесной царицы

Стандарты женской красоты менялись в зависимости от времени, но желание представительниц прекрасного пола быть неотразимыми оставалось незыблемым. В представительстве Государственного музея-заповедника «Куликово поле» в Музейном квартале Тулы — Научном центре «Археология и реставрация» — открыта выставка «Лесная царица. Сокровища первых веков». Некоторые из представленных экспонатов не имеют аналогов в мире.

Барыбинский клад

Находки с верховьев Оки охватывают более чем 300-летний период истории Центральной России. Некоторые помогли исследователям узнать подробности событий, о которых всего пару десятков лет назад было мало что известно.

В начале нашей эры воинственный кочевой народ — сарматы — занимали степи и прилегающие земли Европейской части России. Это подтверждает тот факт, что на территории современных Тульской и Московской областей находят сарматские стрелы и наконечники копий. Тогда же кочевники оттеснили лесостепные племена с Подонья. Коренной народ был мирным, в основном занимался подсечно-огневым земледелием и рыболовством, о чем свидетельствуют и археологические находки: серпы, рыболовные грузила, топоры и «хлебец» — глиняное изделие, символизирующее плодородие в языческих ритуалах. По обуглившимся семенам конопли учёным удалось выяснить, что она использовалась в технических целях — для изготовления ткани и веревок. А в древней миске было обнаружено несколько зерен полбы — злака, популярного ныне у приверженцев правильного питания.

Центральное место в экспозиции, безусловно, занимает Барыбинский клад, найденный «чёрными копателями» в 2020 году около деревни Барыбинки Большой Тулы и спустя некоторое время возвращённый государству стараниями правоохранительных органов. В него входил и комплект женских украшений второй половины I — начала II века.

Злоумышленники не только опустошили, но и разбили глиняный горшок — «ларчик», в котором были спрятаны украшения, сохранились лишь донышко и несколько черепков. Исследователи сетуют, что уже не удастся узнать, в какой последовательности складывала свою «бижутерию» лесная царица. Однако сами украшения оказались полны загадок и тайн. В процессе изучения выяснилось, что их можно подразделить на две группы — доставшиеся по наследству и «новинки».

— Архаичные ювелирные украшения тех лет изготавливались с помощью литья по восковой модели, — рассказывает учёный секретарь музея-заповедника «Куликово поле» Алексей Воронцов. — Для этого брался кусочек пчелиного воска, из него делалась модель будущего украшения, потом она облеплялась глиной, обжигалась, воск вытекал, получалась одноразовая литейная форма, куда и заливалась бронза. Затем с помощью ремешков и ниточек бронзовые изделия собирались в один набор. А на другом стеллаже представлены самые модные вещи того времени, выполненные в технике ковки. Для ремесленников тех лет сделать проволоку было очень сложным делом, однако им удалось не только ее изготовить, но и украсить выпуклыми точками. Причём абсолютно симметрично.

Всё движется по спирали

Именно эта форма была в моде в I–II веках. Поэтому в «современном» наборе у высокородной дамы даже перстни — спиральные. При этом, несмотря на предполагаемый высокий статус женщины, изделий из драгметаллов в наборе очень мало.

— Из серебра — только височные кольца царицы. А её золото-стеклянные бусы — отдельная история: бусины оборачивались золотой фольгой, а потом снова покрывались стеклом, — объясняет Алексей Михайлович. — Интересны и застёжки украшений. У серёг — кольцевидные — металлическое кольцо с железной иглой. Но есть в наборе и так называемые импортные вещи — шарнирная фибула «Авцисса» «производства» Римской империи. Их носили солдаты-легионеры. Когда фибулы попали в степи Восточной Европы, то их, как элемент престижа, стали надевать женщины. А вообще могу констатировать, что это, без преувеличения, — самый полный и самый красивый комплект украшений.

Заведующий отделом реставрации музея-заповедника Виталий Шмелёв рассказал, что за два года он и двое его коллег «законсервировали» порядка двух тысяч (!) предметов:

— Особенно радует, что браслеты, перстни, деталь головного убора попали к нам в первозданном виде, без поломок. Некоторые найденные бляшки, несмотря на 30-летний опыт работы, я вообще увидел впервые. Это касается как формы, так и способа изготовления. Каким-то предметам, например браслетам, потребовалось уделять не так много времени. А с некоторыми пришлось повозиться. Те же перстни — тоненькие, поэтому требуют особенно аккуратной работы. Сложной оказалась и фибула, но её состояние моим коллегам тоже удалось стабилизировать. Много времени потребовала и деталь головного убора. Я её только под микроскопом вертел месяца три, чтобы убрать все поверхностные загрязнения.

А в чём вообще заключается работа реставраторов?

— Сначала будущий экспонат фотофиксируем, далее через микроскоп смотрим поверхностные загрязнения — песок, глину. И только потом приступаем к реставрации, выявляя технологические особенности предмета. Стараемся сохранять, по возможности, неактивную зелень на поверхности. Ведь патина — это «поцелуй» времени, — продолжает Виталий Николаевич. — Если бы мы окунули этот предмет в кислоту, почистили щёткой, он был бы ярко-жёлтого цвета. То есть превратился в цацку-новодел, а наша цель — сохранить историчность.

Уникальный экспонат

Этим занимались все, кто работал с кладом — реставраторы, археологи, исследователи. Научный сотрудник отдела археологических памятников Государственного исторического музея Наталья Биркина, размещая драгоценности на эскизе, создала два образа царицы — в архаичных и современных украшениях того времени.

— Ко мне обратились коллеги с предложением реконструировать костюмы. Меня заинтересовал этот проект, к тому же у меня уже был опыт работы с Брянским кладом — бронзовым комплектом украшений II–III веков, найденным «чёрными копателями» в 2010 году. Сложность при работе с кладами — это понять, какое место в уборе занимает тот или иной предмет. Если с перстнями, браслетами было понятно, то с другими предметами возникли сложности. В созданном мной архаичном образе царицы есть такие дисковидные накладки, которые, в принципе, могли быть использованы в различных украшениях. По аналогии с другими памятниками известно, что эти элементы перемежались с обойницами — литыми колечками — и формировали некую вышивку головного убора. Накладки могли также находиться и на поясе, там разместили их и мы. А в мужских комплектах они часто становились элементами декора ножен меча.

Сложности возникли у специалистов и с «диадемой» — так назвали крупную спиралевидную деталь головного убора. Наталья Биркина признаётся, что, поскольку не было прототипа, не сразу было понятно, какое место занимает эта деталь в костюме.

— Это не пояс — уж очень тонкой должна быть талия: диаметр изделия всего 16 см, а корсеты тогда не изобрели. Да и застёжек здесь нет. Известны пояса более позднего периода с территории Польши, но это — другое, в нашем случае — это спираль с раскованными лопастями. На шею надеть такое тоже сложно, да и вряд ли нашим барышням, как в Африке, с самого раннего детства вытягивали шею, — улыбается Наталья Александровна. — Посовещавшись с коллегами, приняли решение, что это — высокий головной убор, который имеет каскад-подложку из кожи, войлока, бересты, лыка или другого материала. Аналогов такой «диадемы» в мире нет — это единственная находка в своем роде, уникальный экспонат.

Увидеть необычные украшения первых веков нашей эры и посмотреть, как выглядела знатная женщина той эпохи, можно в Научном центре «Археология и реставрация» (Тула, ул. Металлистов, 1) до августа этого года. Рекомендованный возраст 6+.