Капитаны Северного ветра
Сейчас много говорится о значении — географическом, логистическом и даже политическом — Северного морского пути. Людей, которые этот путь прокладывали, вспоминают много реже. Меж тем, среди них было немало наших земляков. Именно о них шла речь на недавней лекции в Тульском краеведческом музее, посвящённой великим мореплавателям — уроженцам тульской земли.
Незаслуженно забытый
Безусловным туляком мы можем считать Алексея Ильича Чирикова, капитан-командора, сподвижника знаменитого Витуса Беринга, давшего своё имя проливу, отделяющему Азию от Америки. А так ли уж он справедлив, этот топоним? Давайте посмотрим.
Родившийся в 1703 году в селе Аверкиевском Тульской губернии (ныне с. Лужное Дубенского района). Дальнейшая судьба типична для дворянских недорослей Петровской эпохи — Московская школа математических и навигационных наук, Морская академия в Санкт-Петербурге. В науках Чириков преуспел, а потому через год службы унтер-лейтенантом на Балтике был возвращён в академию — преподавать навигацию. Через 4 года по окончании курса был включен в состав I Камчатской экспедиции Витуса Беринга
Хорошо писать об этом плавании, но самим морякам пришлось несладко — ограничения в еде и пресной воде, суровый климат и более чем лапидарный корабельный быт не только закаляли, но и губили людей. Цинга, о лечении которой в те поры понятий не имели, уносила жизни оставшихся, не делая различий между матросами и офицерами. Слёг и сам Чириков.
«10 числа (октября) пополудни в 9 часу вошли в Авачинскую заливу и легли на якорь, причем уже имевшуюся пресную воду всю издержали, только остались две бочки, которую выгнали из морской воды через котлы огнем», — записал в дневнике экспедиции Алексей Ильич.
Впоследствии он напишет прошение об отзыве с Дальнего Востока по состоянию здоровья и возглавит ту самую Морскую академию, которую сам окончил столь блестяще. Но ненадолго: в возрасте 44 лет капитан-командор Чириков отошёл в мир иной.
Итак, она звалась Татьяной
Ещё более молодым — в возрасте 34 лет — умер Василий Васильевич Прончищев, дворянин Калужской и Тульской губерний, во многом повторивший судьбу Чирикова вплоть до участия в Великой Северной экспедиции — так со временем будут называть II Камчатскую. Навигацкая школа, Морская академия, направление на службу в Астрахань... В 1733 году женился на Татьяне Кондыревой, уроженке Алексинского уезда. Считается, что свадьбу праздновали в одном из имений Тульской губернии.
А уже летом 1735 года отряд Василия вышел из Якутска вниз по Лене на трехмачтовом дубель-шлюпе «Якутск» («Якуцк»). 25 августа остановился на зимовку в устье реки Оленек вблизи поселения зверопромышленников. Перезимовали без потерь, хотя в отряде началась цинга. Лишь 3 августа 1736 года «Якутск» смог снова выйти в море — тяжелые льды заблокировали судно на стоянке. Через полмесяца у восточного берега Таймыра экспедиция обнаружила острова, отныне названные в честь святого Петра, и открыла остров Преображения. Но вскоре дорогу деревянному судну окончательно преградили непроходимые торосы. Всё это время молодая жена лейтенанта Прончищева была рядом. В судовых документах и бумагах экспедиции её имя не упоминалось, так что путешествие было частной инициативой. Считается, что Татьяна помогала мужу, в том числе вела дневник экспедиции. Тем, кто сочтёт героизм молодой женщины недостаточным, неплохо бы знать, что на небольшом судне бытовые условия были труднопереносимыми даже для мужчин. Дощатое помещение для господ офицеров продувалось всеми ветрами, а матросы и вовсе отдыхали на палубе. На Таймыре это уже подвиг.
Именно в 1736 году и погиб Василий Васильевич, сломавший ногу при обследовании местности. Причиной смерти принято считать осложнения в результате травмы. Его супруга упокоилась через четырнадцать дней, о чём имеется краткая запись в судовом журнале, без указания причин смерти.
Не сильно повезло Татьяне и в дальнейшем. Мыс, названный её именем, был обозначен на карте как м. Прончищевой. Позднее картографы посчитали, что речь идёт о бухте. Так на картах появилась и просуществовала до сравнительно недавних пор бухта Марии Прончищевой.
«Одно бревно, которое я вёз с собою»
Работу экспедиции было приостановили. Но потом отряд Прончищева возглавил Харитон Лаптев. Именно в ходе работы отряда Лаптева ещё один дворянин Калужской и Тульской губерний Семён Иванович Челюскин вместе с двумя добровольцами — казаками Фофановым и Гороховым в 1742 году отправился на север Таймыра, чтобы закончить начатые географические исследования.
Чтобы пройти более 7 тысяч километров, Челюскину со спутниками понадобилось
полтора месяца. За это время было сделано множество описаний местности по пути следования, бытовых зарисовок. Нехватку провианта возмещали за счет охоты на белых медведей. В последний раз подстрелить хищника удалось за три дня до достижения цели.
«Приехали к мысу. Сей мыс каменной, приярой, высоты средней, около оного льды глаткие и торосов нет. Здесь именован мною оный мыс: Восточный Северный. Поставил маяк — одно бревно, которое вез с собою», — отметил Семён Иванович в своих записках.
По завершении экспедиции Челюскин служил на Балтийском флоте, в отставку вышел в чине капитана III ранга.
И потомок Малюты Скуратова...
Алексей Иванович Скуратов, чей род ведёт свою историю от брата главного сподвижника Ивана IV, родился в селе Журавино (сейчас — Большое Скуратово) Чернского уезда в 1709 году. Двенадцати лет от роду поступил в Морскую академию, которую окончил с отличием. Позже совершенствовался в науках во Франции. В 1735 году лейтенант Скуратов был включён в один из шести отрядов Великой Северной экспедиции — Двинско-Обский. К этому моменту возникла необходимость замены руководства отряда и обновления его материальной базы — старые деревянные суда никак не могли преодолеть полосу льдов. В общем-то, льды своё не уступали и тогда, когда в качестве подкрепления прибыли два новеньких бота — «Первый», которым и командовал Скуратов, и «Второй». Поэтому экспедиция вокруг полуострова Ямал получилась смешанной — морской и сухопутной. Только в 1737 году судам экспедиции удалось морем обойти Ямал. К тому моменту геодезисты, шедшие посуху, уже убедились, что он не соединён с Новой Землёй. Но даже в отсутствие льдов плавание сильно осложняли многочисленные мели и сильные ветры. Лишь к середине августа удалось найти выход из пролива, который был назван именем командира Двинско-Обского отряда Малыгина. И боты, обогнув Ямал, на всех парусах вошли в Обскую губу. Задача была выполнена.
По окончании экспедиции Алексей Иванович Скуратов ещё четверть века служил на Балтийском флоте на кораблях «Астрахань», «Азов», «Пётр». 11 сентября 1762 года он был «за болезнею отпущен в дом до указа» (об отставке) с чином капитана второго ранга.
* * *
Этими именами список туляков-мореплавателей не исчерпывается. Но об этом — в других публикациях.