Версаль областного значения

Дворцово-парковый ансамбль в Богородицке — одно из самых притягательных мест нашего края. Он удивляет красотой даже тех, кто далёк от архитектуры и её стилистических форм. Здесь создал уникальный рукотворный ландшафтный парк общественный деятель, экономист и агроном Андрей Болотов, а, согласно легенде, Лев Толстой «поселил» Вронского в романе «Анна Каренина».

В истории дворца было немало трудных времен, он чуть было совсем не исчез, но возродился практически из пепла и принимает гостей по сей день. Стоит ступить за ворота старинного парка, углубиться в аллеи, вглядеться в силуэт дворца, отраженный в зеркале пруда, и кажется, что время легко повернуть вспять…

Дворец для императрицы

История дворца-музея начинается в 1771 году, когда по приказу Екатерины II в Тульской губернии для императрицы были куплены у графа Ладыженского два земельных участка — в сёлах Богородицкое и Бобрики. В 1773-м в обоих имениях началось строительство дворцов. Архитектором был назначен Иван Старов, по проектам которого в Санкт-Петербурге возведены Таврический дворец и Троицкий собор Александро-Невской лавры. Забегая вперёд, скажем, что в 1796 году — уже после смерти матери — Павел I пожаловал имения, в том числе Богородицкое и Бобрики, вместе с графским титулом Алексею Григорьевичу Бобринскому.

Интересный факт*

Как же Алексей Григорьевич получил фамилию Бобринский? Есть красивая легенда, описанная в романе Валентина Пикуля «Фаворит». Якобы из Зимнего дворца младенца вынесли в бобровой шубе и его стали называть графом Бобринским. На самом же деле фамилия блистательного бастарда была избрана по названию имения в Бобриках. По иронии судьбы, усадьба, давшая новоиспечённому графу родовое имя, в первозданном виде перестала существовать уже в бытность хозяином его младшего наследника (1840 г. ). А семейство Бобринских, подарившее России целый ряд замечательных военачальников, государственных и хозяйственных деятелей, окончательно обосновалось в Богородицке. Так что шуба тут точно ни при чём.

Дворцовый ансамбль в стиле раннего классицизма стал ядром планировочной структуры Богородицка и занимал треть центра города. По задумке архитектора, дворец должен был стоять на возвышенности и как бы «парить» над окружающим ландшафтом. Этого эффекта удалось достичь. Изучив карты местности, строить его решили на высоком берегу запруженной реки Упёрты. Но, чтобы он казался еще выше и смотрелся более эффектно, Старов «поставил» здание на высокий цоколь. Благодаря этому со второго этажа дворца видны сначала спускающийся к воде парк, за ним гладь пруда, а потом веером расходящиеся пять главных улиц города. Чтобы добиться такого эффекта — водного партера и земли, вздымающейся к небесам,— в Версале, например, архитектор Андре Ленотр провел земляные работы, по стоимости равные годовому бюджету Франции. Богородицку удачный природный ландшафт достался бесплатно, а архитекторы, создававшие имение, его увидели и обыграли.

Строительство продолжалось 11 лет, и к 1784 году основной этап был завершён. Город украсило великолепное белокаменное здание с двумя флигелями, имеющее легкий и торжественный вид. Дворец Бобринских до сих пор удивляет естественностью и одновременно величественностью. Он лишен пышного декора, но настолько органичен и эффектен, что его смело можно назвать не только одним из лучших произведений архитектора, но и одним из самых красивых дворцов России. По моде того времени всё это великолепие было дополнено парком, также в состав ансамбля вошли Казанская церковь, башня-колокольня и служебные постройки.

Утраченные иллюзии

После Октябрьской социалистической революции дворцовый комплекс национализировали. Семейство Бобринских, жившее тогда в родовом гнезде, было вынуждено перебраться в один из флигелей. Осенью 1918 года их выселили и оттуда, а дворец стал переходить от ведомства к ведомству. Уже в 1920-е усадьбы пришла в упадок: многочисленные малые архитектурные формы парка были утрачены, вырублены вековые деревья, заросли пруды и исчезли изящные мостики. Дольше всех — на семь лет — здесь задержался санаторий «Красный шахтёр», в 1941 году ставший военным госпиталем. Немецкие войска, оккупировавшие Богородицк, основательно разрушили, а при отступлении и взорвали дворец. Руины возвышались над городом более 20 лет.

В 1965 году местные власти решили было снести остатки творения Старова. Но накануне сноса краевед и художник Пётр Кобяков написал письмо в газету «Советская культура» и лично отправился в Москву, где убедил Минкульт отменить уже принятое решение о сносе и начать работы по восстановлению дворца и парка. Возрождение усадьбы началось силами местных энтузиастов, которых оказалось на удивление много, и спустя 13 лет, 16 октября 1988 года, Богородицкий дворец-музей официально открыли.

Чтобы воссоздать дворец в полном соответствии с его дореволюционным обликом, ориентировались на сохранившийся проект паркового фасада дворца, датированный 1771 годом — единственный из уцелевших проектных документов.

До наших дней из семидесяти с лишним строений и парковых объектов дошло лишь несколько построек, частично утративших первоначальный облик. Сейчас во дворце-музее для посетителей открыто 14 залов. Там проводят выставки и концерты камерной музыки, работает детская художественная школа. Фонды музея насчитывают почти 15 тысяч экспонатов. В экспозиции представлены произведения прикладного искусства XVIII — начала XIX века, прижизненные издания А. Т. Болотова и копии с его акварелей с видами парка.

Чудесный сад Бобринских

Парк в Богородицке занимает особое место в истории русского садово-паркового искусства. Во-первых, из-за того, что создавался в переломный период, когда новый пейзажный стиль паркостроения только начинал свое победное шествие по многочисленным усадьбам, разбросанным по центру России и отдалённым губерниям. Тогда решался вопрос, нужно ли следовать зарубежным образцам или идти собственным путем, ориентируясь прежде всего на местные природно-климатические условия и сложившиеся национальные культурные традиции.

Во-вторых, это был один из немногих опытов совместного планирования и строительства дворца, нового города при нем и большого паркового массива, которые вместе образовывали единый ансамбль. Наконец, важно и то, что проектированием и строительством занимались исключительно отечественные мастера.

Заботы об организации усадебного парка легли на плечи управляющего имением Андрея Тимофеевича Болотова. Он приступил к работе в 1779 году и при проектировании «русского парка» отталкивался в первую очередь как раз от эффектного расположения дворца, сделав его центром композиции.

Для парка, удивлявшего потом даже искушенных гостей Бобринских, Болотов использовал типичные для среднерусского пейзажа деревья, кустарники и травы. Ему импонировала их неприхотливость и неброская красота. Именно Андрей Тимофеевич первым раскрыл декоративные возможности березы, ивы и ольхи. Он также сформировал хвойные аллеи, визуально расширявшие пространство и одинаково прекрасные и летом, и зимой.

Особое внимание Болотов уделил «душе парка» — воде. Им была детально проработана береговая линия — с мысами и заливами, нагромождениями каменных глыб, видовой дорожкой, приводной растительностью. Работая над каскадом прудов, управляющий учел даже такие факторы, как красивые отражения и различный по тону звук водопадов.

Позже А. Т. Болотов использовал свой опыт устройства гидротехнической системы Богородицкого и других парков в статьях, рассказывая, как определить самый выгодный уровень искусственного водоема, где лучше насыпать острова, как оформить запруду и т. п.

Увы, время не пощадило удивительный парк, и уже к середине XIX века многие элементы были искажены либо исчезли, изменился облик некоторых аллей, которые приобрели более регулярный характер из-за рядовых посадок лиственницы и липы.

С годами всё сильней зарастали поляны, самосев «глушил» тщательно подобранные по цвету листвы и фактуре кроны группы деревьев и кустарников, пересыхали пруды и каналы, вышла из строя вся сложная гидротехническая система парка, разрушались павильоны и садовая скульптура, мосты и беседки. Тем не менее планировочная основа парка, заложенная Болотовым, сохранилась. Облик его всё ещё привлекает своей живописностью.

«Великолепный сад, который в прошлом веке почитался чудом здешнего края»,— пишут о парке посетители богородицкого Версаля.