Тульским бизнесменам, работающим за валюту, может грозить конфискация

Идея смягчить законодательство о валютном контроле, которая обсуждалась больше трех лет, выносилась на уровень президента и подавалась как способ поддержать несырьевой экспорт, похоже, окончательно потонула в запретительно-силовой логике российской бюрократии, пишет finanz.ru.

От инициативы либерализации норм валютных операций, которые достались стране в наследство от тяжелейшего кризиса 1990 х и с тех пор по сути не менялись, отказался ее единственный адвокат — российский Минфин.

Как сообщают «Ведомости», министерство подготовило поправки в Уголовный кодекс, которые вводят возможность конфискации валюты у бизнеса за нарушения валютного контроля.

Такая мера отвественности может наступить за переводы валюты по подложным документам, а также нарушение требований о возврате валютной выручки.

Речь идет, в частности, о случаях, когда российский бизнес поставил за рубеж товары или услуги, но не получил от контрагента оплаты в установленный контрактом срок. Согласно российскому законодательству, ответственность за это возлагается на российское юрлицо (или ИП). Штраф может составлять до 100% недополученной валютной выручки, а при повторных нарушениях в крупном и особо крупном размере может наступить уголовная ответственность.

Допустим, вы ООО «Программист», и вам заказал услуг Google, вы заключили контракт, но по независящим от вас причинам один платеж Google задержал месяца на 2, другой — прислал на 1000 долларов больше, а в третьем это учел и уменьшил сумму на 100 долларов — согласно российским законам, это «существенные нарушения валютного законодательства», приводит пример основатель Movchans Group Андрей Мовчан.

Состоят они в том, что не выдержаны контрактные сроки поступления средств, в паспорте сделки указаны данные, не соответствующие действительности, госограны были злостно введены вами в заблуждение, часть средств вообще не получена (пришла в следующем году, но это уже другой период) — за это бывает 193-я статья УК в особо крупном размере (от 9 млн рублей), а это — тюрьма до 4 лет, указывает Мовчан. Еще в прошлом году Минфин выступал за отмену этих валютных статей и подготовил соответствующий законопроект. Но против выступили некоторые ведомства и Центробанк. И теперь Минфин, похоже, свернул с намеченного пути.

Перечь наказаний он предлагает дополнить конфискацией валюты. Сейчас конфисковать могут, например, контрабанду — деньги, алкоголь, взрывчатые вещества, наркотики, которые незаконно перевозят через границы стран ЕАЭС. Но по валютным статьям, как пишет ведомство в пояснительной записке, конфискации нет, хотя Федеральная таможенная служба регулярно видит нарушения: за шесть с половиной лет она сообщила о 4460 преступлениях и возбудила более 1600 уголовных дел. Норма о конфискации выведенной валюты выглядит бессмысленной — эффективных механизмов возврата денег из-за границы не существует, указывает партнер «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Виктория Бурковская.

Конфискация возможна внутри России, и абсолютно не удивляет, что теперь государство планирует пополнять бюджет за счет таких мероприятий, замечает управляющий партнер Pen & Paper Алексей Добрынин.

«Россия — страна, в которой элиты делят ренту; законы такой страны защищают власть имущих от потери доли ренты и одновременно не должны мешать им эту ренту экстрагировать при любых обстоятельствах. Законы такой страны должны способствовать ограниченному пролиферированию ренты в социум — ведь рента является единственным значимым источников средств, все остальные должны быть уничтожены, чтобы у власти не возникло независимой конкуренции»,— пишет Мовчан.

«Естественным следствием этой системы становятся законы — запутанные, противоречивые, трудновыполнимые, туманные — требующие на каждую деталь разъяснений от высокопоставленных бюрократов и одновременно — запретительные по сути, с использованием которых можно обобрать, а то и посадить почти любого, кто осмелится строить свой независимый бизнес, источник дохода или социальную организацию»,— добавляет он.